Книга Свадебная ночь в Париже, страница 32 – Дэни Коллинз

Иден написала:

«Мне надо побыть одной и решить проблемы в компании».

Мать ответила:

«Я уверена, ты что-нибудь придумаешь. Сообщи, когда приземлишься».

Иден убрала телефон, думая, что ее мать слишком доверчивая.

Иден проснулась от грозы и вспышки молнии и села, прерывисто дыша. У нее закружилась голова и быстро забилось сердце, и она поначалу не могла понять, где находится. Она медленно осмотрела мебель, освещенную тусклым светом ночника, который оставила включенным в соседней ванной.

Мартиника.

Реми.

Иден закрыла глаза, чувствуя себя опозоренной из-за того, что уехала с ним. Она знала, что лежит в кровати одна. Конечно, она не предполагала, что Реми будет ночевать с ней в одной комнате, но все равно почувствовала себя ужасно одинокой.

По крайней мере, во время полета постоянное присутствие Реми помогало ей немного успокоиться. Сидя в креслах, они ели слоеные пирожные со шпинатом и артишоками, рис и цыпленка тандури. Потом подошли к обеденному столу, где подали основное блюдо: жареного лобстера со взбитым пастернаком, кресс-салат и легкий клубничный мусс.

После этого они посмотрели какой-то боевик, затем Иден задремала, и самолет начал снижаться. Дождь закончился, в иллюминатор были видны сверкающие огни Фор-де-Франс.

— Когда приезжаешь куда-то ночью, кажется, что попадаешь в сказку, — мечтательно сказала она, когда люк открылся и свежий ветерок подул на ее лицо. — Это как рождественский подарок в упаковке. Нельзя понять, что внутри, и нужно подождать, чтобы узнать.

— Как поэтично! Ты романтик?

Поскольку ее не впервые упрекнули в романтизме, она уклонилась от ответа и произнесла:

— Я никогда не была на Карибах.

— Здесь есть несколько ночных клубов, но в целом на острове очень непринужденная атмосфера. — Реми подвел ее к винно-красному кабриолету, который ждал их на взлетной полосе.

Она села в машину.

— Я была во Флориде в парках развлечений, и Мика возил меня в Европу два или три раза в год. Я видела средиземноморские пляжи, но большую часть отпуска я проводила с семьей в Канаде. Чаще всего я жила в кемпинге в Скалистых горах, а не в тропических отелях. Я жажду солнца и песка.

— Песок я тебе обещаю, даже в тех местах, где он не нужен, — сухо сказал Реми, выезжая на шоссе. — Солнце будет периодически.

Он быстро ехал вглубь страны по дороге, которая поднималась и вилась в густой тропический лес, а потом спускалась к темному океану и угольно-черным облакам на горизонте.

Иден не поняла, как задремала. В какой-то момент она услышала, как Реми спрашивает, спит ли она.

Машина остановилась, а щека Иден горела от его легкого прикосновения.

— Хочешь, я тебя отнесу?

Конечно, ей хотелось, чтобы ее нянчили, гладили и говорили, что все будет хорошо.

— Не говори глупостей. — Она вошла на виллу с ярко-оранжевыми ставнями на фоне желтых стен с закругленной верандой.

Сейчас Иден слушала раскаты грома и равномерный стук дождя по крыше. Ей захотелось пить, поэтому она встала и завязала саронг, в котором ложилась спать.

Она была в комнате сестры Реми. Он сказал Иден, чтобы она брала все, что нужно. Его сестра была модельером, и почти вся одежда выглядела как ее собственное творение. Наряды казались слишком хорошо сшитыми, поэтому Иден ограничилась саронгом и шелковым пижамным чепчиком.