Книга Свадебная ночь в Париже, страница 26 – Дэни Коллинз

— Пусть все идет своим чередом.

Реми замер, собирая остатки еды.

— Хорошо. — Он серьезно кивнул, продолжая закрывать банки и складывать грязную посуду в раковину.

— Ты реагируешь так спокойно.

— Мне не терпится узнать, что произойдет. — Он скривил губы от самоуничижения. — Понадобится пара недель? — Реми уставился на нее глазами цвета виски.

Она резко кивнула.

— Значит, ждем, — сказал он.

Иден вглядывалась в его лицо, потому что его невозмутимость казалась бессмысленной.

— Ты уверен, что не рассердишься, если я забеременею? Ты же не хочешь от меня ребенка, Реми.

На его щеке дрогнула жилка, и он отвернулся от открытой бутылки вина к барной стойке. Потом откупорил бутылку виски с такой злостью, словно скручивая кому-то шею.

— Обстоятельства не идеальные, — произнес он таким ироничным тоном, что Иден поняла: Реми явно преуменьшает.

Она подошла к барной стойке с другой стороны и схватилась за нее руками.

— Из-за Мики. Он сказал, что твой отец украл у него конфиденциальную информацию.

В ответ Реми налил себе большую порцию янтарной жидкости и добавил к ней газировку из холодильника. Потом предложил газировку Иден.

После соленых закусок она умирала от жажды. Кроме того, от волнения у нее пересохло во рту. Поэтому она налила себе газировки.

— Твой брат считает, что я затаил на него злобу. Если честно, я вообще о нем не думаю. Я буду в восторге, если мы никогда больше с ним не встретимся.

Иден прижала руку к животу, к ее горлу подступил ком. Реми стоял к ней спиной, поэтому не видел ее реакции.

Он повернулся к ней лицом:

— Похоже, он думает, что моя страсть к тебе — месть. Конфликт должен был остаться между нашими отцами.

Щека Реми подергивалась от напряжения.

— Отец Мики, Кельвин Гулд, втянул меня в свои разборки.

— Мика однажды кое-что сказал, но не вдавался в подробности. Ты встречался с его отцом? Где? Когда? — Иден ни разу не виделась с Кельвином Гулдом. Отец Мики в основном жил в Европе и был в Канаде только один раз. Мать оставляла Иден со своей бывшей свекровью Грэмми Беллами, пока Кельвин был в городе. Когда Мика был еще юношей, у Кельвина началось старческое слабоумие, и через несколько лет он умер.

— Это произошло на школьном баскетбольном турнире в Торонто.

— Тогда Мика жил с нами. Тебе было одиннадцать или двенадцать? Я еще не ходила в школу. Я помню, что Мика должен был остаться с нами, но вернулся в школу-интернат. Я неделями плакала и умоляла отдать меня в интернат. Мне казалось, что там я увижусь с Микой.

— Мило. — Реми почти покровительственно фыркнул.

— Я люблю своего брата, Реми.

— Я не сомневаюсь в этом. И он любит тебя. — Реми потягивал виски, не сводя с нее глаз.

— Что случилось на игре, из-за чего его отправили обратно в школу-интернат?

— Я не знаю, почему он уехал из города. Это не так уж и важно. — Реми вышел из-за барной стойки и шагнул к окну. — Игра была очень бестолковой и шумной. Мой отец работал помощником тренера на выездных играх. Мне никогда не забыть выражение его лица, когда он оглянулся и узнал Кельвина Гулда. Казалось, он увидел привидение. В его глазах было столько ненависти. — Реми отпил виски и хрипло прибавил: — Мой отец был очень щедрым и любящим человеком. Я не подозревал, что он способен так ненавидеть.

В груди Иден похолодело.