Книга Праздник любящих сердец, страница 20 – Мейси Ейтс

Ее не впервые сравнивали с матерью. От этого никуда было не деться, и, когда это случалось, она чувствовала себя гадко.

— Ты забываешь, — мрачно заметил он, — о том, что мне о тебе известно.

— Ты полагаешь, что я шлюха. Ну, давай же. Скажи это.

И он будет не первым мужчиной из семьи Моретти, если назовет ее так.

— Я полагал, что ты продолжила тот образ жизни, который начала во дворце.

— Ты решил, будто знаешь правду, руководствуясь тем, что сказала тебе твоя мать. Будто у нее могли быть причины желать нашей с тобой дружбы, Винченцо.

— Будь осторожна, когда обвиняешь мою мать, — предупредил он, стиснув зубы.

— Почему? Она не проявляла осторожности, обвиняя меня. И даже если бы все это было правдой, разве ты сам лучше меня?

— Элоиза…

— Нет. Признай. Ты такой же, как твой отец. И такой же, как все остальные мужчины. Ты судишь о женщине по тому, как она одевается, и воображаешь, будто знаешь ее, по-твоему, она якобы переспала со многими мужчинами. Все это ни о чем не говорит. Со сколькими женщинами спал ты? Они были богатыми? Ты гордо вышагивал со своими красотками по всему земному шару. Но кто я такая, чтобы судить о твоих моральных устоях?

Винченцо рассмеялся. Язвительно и с горечью.

— Ты ошиблась. Я вовсе не утверждаю, что я лучше. И тем более что я лучше своего отца. Или лучше тебя. Я просто другой. Я отнюдь не святой и не пытаюсь таковым притворяться. Я давно погряз в безнравственности и не пытаюсь делать вид, что это не так. Именно в этом разница между мной и моим отцом. Еще, пожалуй, то, что мои связи затрагивают только меня. И еще я не стремлюсь к власти над своим народом. И это единственное, что меня хоть как-то реабилитирует. Я не жажду власти. У меня есть власть, и я считаю, что мне ее вполне достаточно. У меня есть деньги. Я не боюсь лишиться своего статуса. Я знаю себя. Мой отец ничтожный человек. Он боится потерять трон. Боится, что с него будет сорвана маска. Боится, что в итоге все, что он собой представляет, все, что для него важно, и то, каким он пытается казаться, будет выставлено на всеобщее обозрение. Его это уничтожит. Уж я за этим прослежу. Что до меня, здесь нет никаких сюрпризов. Моя репутация и так подмочена. Я много лет исподволь работал над тем, чтобы вернуть Ариосте ее прежнее величие. Я отдам стране и людям все, что должно быть возвращено. И да, я продолжу появляться с обществе со шлюхами. Но не стану проповедовать народу мораль, в которую сам не верю. Я не ношу маску. Так что ты во мне ошиблась. Мне плевать, чем ты занимаешься в жизни. Мне безразлично, с кем ты спала. И мне все равно, у кого ты на содержании. Я просто не люблю, когда мне лгут.

— Ты не заслужил права на мою искренность, — возразила она. — Я не люблю подпускать людей к своим секретам.

— Почему нет?

— Помимо того, что пресса уже пыталась сделать меня достоянием общественности? В секретах человека всегда таится его неуверенность в себе. А что люди любят больше всего на свете? Использовать эту неуверенность против тебя же. Я не намерена раскрываться перед людьми. Отказываюсь делать себя простой мишенью. И я не намерена благоговеть перед мужчинами. Особенно перед тобой.

— Если будешь хорошо притворяться, полагаю, остальное не так важно.

Винченцо устроился поудобнее, и она ощутила терпкий аромат его одеколона. Все ее нутро затрепетало.