Книга Страсть по расписанию, страница 57 – Сюзанна Эрвин

— И совету директоров.

На самом деле Эван вынужден был прервать свою деловую поездку и вернуться, чтобы присутствовать на срочном совете директоров, назначенном на следующее утро. А он так и не нашел нового инвестора вместо Ангуса Хорна, чье предложение отклонил.

— Отлично. - Даника положила руку ему на плечо. - Я здесь как твой друг, который беспокоится о тебе.

— Обо мне? Но почему?

— Люк показывал мне ваши финансовые отчеты. «Медэвко» выживет и без инвесторов. Но ты загоняешь себя в могилу, мотаясь по всему миру и пытаясь заключать договоры. Меня беспокоит твое здоровье.

— Я в полном порядке.

Он рассеянно взял со стола корзину с почтой, которую его экономка аккуратно складывала для него. Счета, просьбы о пожертвованиях, рекламные буклеты…

И темно-бордовый конверт с логотипом Сент-Айседора, на котором его имя и адрес были написаны золотыми чернилами.

Даника, должно быть, услышала, как у него перехватило дыхание.

— Что там?

Эван пожал плечами, стараясь казаться равнодушным. Но сердце его бешено стучало. Он не разговаривал с Маргаритой после той ночи в библиотеке, но она постоянно присутствовала в его мыслях, во сне и наяву. От своих поверенных он знал, что Маргарита несколько раз пыталась отказаться от дарственной и вернуть Сент-Айседор ему. Но он сделал это невозможным для нее.

Даника взяла у него из рук конверт.

— Ой, я знаю, что это. Это приглашение на торжественный ужин в честь урожая. Мы с Люком получили такое же.

Эван забрал у нее конверт и бросил его в корзину.

— Спасибо. Теперь мне нет нужды вскрывать его.

— Эван, - нахмурилась Даника.

— Теперь ты собираешься читать мне нотации.

— Но я волнуюсь о тебе. Ты в одиночку пытаешься наладить деловые контакты, чтобы расширить рынок «Медэвко» сверх разумного. - В ее зеленых глазах читалось беспокойство. - Что происходит? Это так на тебя не похоже.

Ее явная тревога смягчила его сердце, но в этом и была вся проблема. Он не хотел, чтобы его сердце смягчалось. Он хотел оставаться холодным и равнодушным.

— Я хочу, чтобы «Медэвко» вышла на международный рынок. Нет ничего неразумного в том, чтобы добиваться успеха.

Ее глаза сузились.

— Хорошо. Продолжай притворяться, что ничто не провоцирует твое безумное поведение.

— Жажда успеха - это не безумие.

— Безумие, когда ты разрушаешь все отношения с близкими тебе людьми.

— Вовсе нет, когда твои действия обеспечивают, кормят и одевают этих людей.

Она шумно выдохнула.

— Ты что, делаешь это ради нас? Ради других близких тебе людей? Эван, это очень мило. Но и чертовски высокомерно.

— Что?

— Ты обращаешься с нами, как с неживыми статуэтками на каминной полке. Которые не могут ничего сказать в свою защиту, в то время как ты решаешь их судьбу.

— Но я не…

— Ты делаешь именно это. - Она начала застегивать свое пальто. - Знаешь, мы с Люком очень надеялись, что Маргарита, которая, кстати, мне очень нравится, откроет тебе глаза на то, что за пределами «Медэвко» существует большой мир. Но ты отдал винодельню, вычеркнул Маргариту из своей жизни, а теперь пытаешься вычеркнуть и Люка.

— Но я не поэтому отдал… - пробормотал он.

Она покачала головой:

— Если ты будешь продолжать так же, ты останешься совсем один.

— Но Люк же не собирается покидать «Медэвко»?

— Конечно нет. Пока. Но он не будет долго мириться с партнером, который отказывается общаться с ним. - Она надела шапочку. - Жизнь коротка, Эван. И ее, конечно, можно прожить в одиночестве, если тебе так действительно хочется. Но хочется ли так тебе?