Книга Ведьма из зазеркалья, страница 40 – Наталья Ник

— Софи, ты превосходна. Мы с тобой будем богатыми. Твою часть я отдам тебе в Москве. — довольный Дмитрий налил шампанского и протянул Софье. Она взяла фужер. Пузырьки ниточками стремились наружу, лопались, стреляли в нос и щекотали язык. Прекрасный день, хороший вечер.

Дмитрий налил и себе. Он сел напротив Софьи:

— Кстати, дорогая. Тебе нужно сделать документы. Я познакомлю тебя с хорошими людьми. И вот еще что. Я придумал новую компанию, как сделать так, чтобы люди сами отдавали нам деньги. Локтями друг друга будут расталкивать. За тебя. — с улыбкой приподнял фужер Дмитрий.

Москва, Саратов, Самара, Тула… Города мелькали, как калейдоскоп. Софье нравилась такая жизнь. Приехав в очередной город, они не сразу набрасывались на ювелирные салоны. Сначала просто жили, гуляли, отдыхали. Дмитрий сбывал добычу через свои криминальные связи, а вырученные деньги делил с Софьей. Компаньоны открыли счета в банке и хранили деньги там.

Однажды им не повезло. Зря они думали, что полиция ленива, неспешна и глупа. Они приехали в Оренбург поздней весной. На дорогах, сквозь брусчатку, уже прорезывалась травка, пахло прошлогодними листьями, на улице стояли теплые деньки. Выходя из первого ограбленного салона Софья увидела на той стороне улицы мужчину в дешевом тонком пальто. Он делал вид, что тщательно рассматривает что-то в витрине магазина. Софья всё поняла. Она слегка запнулась, быстро глянула по сторонам и метнулась в сторону Дмитрия. Неожиданно к ней с двух сторон подлетели два каких-то грубых мужлана, схватили за руки и закричали в самое ухо:

— Вы арестованы!

Софья испугалась. Она задергалась, заметалась, попыталась выдернуть руки из жесткого захвата.

— Успокойтесь, пройдемте с нами.

Её грубо запихнули в казённый экипаж и отвезли в отделение. В разговоре со следователем Софья рыдала, теребила платочек и жалобно смотрела в глаза. Плакала она красиво. Губки припухли, волосы слегка растрепались, глаза сделались большими и влажно блестели.

— Как он мог! — убивалась Софья. — Он меня предал. Он сказал, что он князь! Я отдала ему своё честное имя. Я не знала. Он сказал, что любит меня и хочет, чтобы я была красивой, что весь мир кинет к моим ногам. Поэтому и покупал подарки. Мы же обеднели, вот он и баловал меня. Я так думала.

— Какая мерзость — Софья посрывала с себя украшения и бросила их на стол.

— А зачем вы по городам мотались? — строго спросил следователь.

— Мы путешествовали. Как вы не понимаете, это же так романтично! — Софья искренне восхищалась бывшим подельником. Рассказывала, как он одаривал её нарядами и бриллиантами, как катал на лошадях и пароходах. — Я не знала, что он всех обманывал. Я думала, он всё оплачивает. Да если бы я знала, что он никакой не князь, что он мошенник, да разве ж я согласилась бы выйти за него! Да никогда! Как я теперь маменьке покажусь, без имени, без денег. — рыдала Софья.

Следователь проникся искренностью Софьиных слёз и отпустил несчастную обманутую женщину. А бывший князь Головкин отправился на каторгу. Суд осудил его не только за мошенничество с украшениями, но и за обман и оговор бедной женщины. Дмитрий Софью не выдал, он влюбился в неё практически с первых дней и надеялся воссоединиться, сбежав с каторги.

Выйдя поздним вечером от следователя на улицу, Софья расплакалась от облегчения. Она шла к себе на квартиру и рыдала уже искренне. Она думала, что не выкрутится и угодит на каторгу, где и сгинет. Всё обошлось. Хорошо, что всё обошлось. Она шла по тропинке вдоль какой-то заросшей канавы. Почти стемнело. С утра небо, беременное тяжелыми тучами, пыталось разродиться грозой. И вот, наконец, ливануло. Дождь хлестал теплыми тяжелыми каплями, в небе грохотало.