Книга Больные люди, страница 81 – Михаил Бабиенко

— А вы точно Гордон Александр?

— Тебе документы показать? — спросила Лена. — Что ж, правдолюб, держи.

И она подала мне паспорт, на котором были написаны все те её данные, которым и полагается быть в паспорте. Затем паспорт мне показал Саша Гордон, а затем и Соня. Всё было очень правдоподобно, и я не нашёлся, что возразить. Я пошёл в дом, пока они стояли у калитки, и захватил дневник, после чего принёс его владельцу. Тот с приятной улыбкой осмотрел свою вещицу и полистал страницы.

— Ничего не изъял, надеюсь? — спросил он.

— Ни единой страницы. — уверил его я.

— Хм… — задумался он. — Тут есть несколько пометок карандашом. Странно. Я таких не помню…

Я совсем забыл о пометках, которые делал, пока переписывал содержимое.

— Ты что, изучал его? — спросила Лена неким тоном, который, я подозреваю, и был описан Сашей в его дневнике как «игривый».

— Я его переписал. Я… захотел поведать о том, что в нём написано.

— И это без разрешения автора? — спросил Саша Гордон. — Ах, как нехорошо…

— И что же нам с тобой сделать, воришка ты этакий?.. — спросила Лена.

Я не на шутку перепугался, хотел уже было бежать, но тут все трое рассмеялись.

— Да не бойся, парень. Ничего мой брат тебе не сделает. — сказала Соня. — Нам нужен дневник, и всё. А что ты с ним делал — это уже другой вопрос.

— Я изменил все имена и детали, клянусь. — сказал я. — Никто вас и не узнает.

— Что ж… — сказал Саша Гордон. — Хорошо. Можешь опубликовать. Только, надеюсь, ты не все подробности там записал?

— Нет, что вы, я опустил самое пикантное… — уверил его я. (Я почти соврал: на самом деле я лишь исключил самые крепкие слова и сделал более невинными описания эротических сцен).

— Что ж, спасибо и на этом.

— А можно задать вам вопросы? — решился сказать я.

— Задавай, парень. — сказал Саша Гордон.

— То, что описано в этом дневнике, правда? Как эта книга потерялась?

— А ты любопытный. Что ж. В книге описана правда, какой я её увидел. Книжку выкрал один недобросовестный член общества, в которое меня посвятили мои друзья, и, как я понял, она передавалась из рук в руки от него его знакомым, от них — их знакомым и т. д. Но теперь я его нашёл. Есть ещё вопросы?

— Да. У вас всё хорошо?

— В каком это смысле?

— Ну, в плане отношений, совместной жизни…

Мне уже самому стало неловко, что я задал этот вопрос. Но почему-то хотелось знать.

— У нас всё отлично. — ответил Саша Гордон.

— И не просто отлично, а замечательно. — добавила Лена.

— За них можешь не переживать. — добавила Соня.

— Спасибо вам за ответы. — сказал я.

— А тебе спасибо за то, что вернул дневник. И удачи тебе с выпуском книги! Пока!

И мы попрощались.

Теперь эту историю официально можно считать завершённой.

О повести «Больные люди»

Сам не понимаю теперь, как у меня получилась такая история. Не понимаю, как я написал что-то подобное, имея совершенно другую задумку. Это как планировать построить многоэтажку, а по итогу получить в качестве конечного результата частный дом.

Изначально история была совершенно другой. Даже название менялось: сначала я назвал повесть «История болезни», но понял, что у Зощенко есть такое произведение, и переименовал в «Болезни», а потом — в «Больных людей». Да и жанр, атмосфера должны были быть другими: всё задумывалось в мрачных и жестоких тонах. Там должны были быть садизм в самой жёсткой форме, убийства, моральное насилие, депрессия. Герой в конце концов сходил с ума и принимал всё то безумие, что происходит вокруг. А мораль, как я задумывал, была такая: «Все вокруг больны, и ты тоже, просто не осознаёшь, а должен осознать и присоединиться». То есть идею конформизма должна была повесть нести. Сейчас я понимаю, что, конечно, не очень поддерживаю подобное, но тогда это для меня было чем-то смелым и нестандартным.