Книга Измена. Я ухожу красиво, страница 32 – Элен Ош

Поцелуй длится всего мгновение, но в нем вся моя любовь и забота...

Отстраняюсь и снова смотрю в ее глаза. В них все еще плещется грусть, но и зарождается слабая надежда на то, что все будет хорошо.

Я обнимаю ее, крепко прижав к себе. Марго снова утыкается лицом в мою грудь, а под ладонями чувствую, как подрагивают ее плечи.

Несколько минут мы стоим так, в тишине, позволяя боли утихнуть, а теплу разлиться по ее телу.

Глажу ее волосы, шепчу успокаивающие слова, хотя она, наверное, их и не слышит, уйдя в свои мысли. Главное, чтобы она чувствовала мое присутствие, мою поддержку.

Когда немного успокоившись, Марго поднимает голову, во взгляде замечаю меньше отчаяния, но больше благодарности. Улыбаюсь ей, едва заметно, с нежностью. Люблю ее до безумия!

А в голове слова складываются в стихи, пока беззвучно:

Все, что казалось забытою тайной

Вспыхнуло снова всерьез и всерьез.

— Все будет хорошо, — шепчу я, и она кивает, прикрыв глаза.

Знаю, что мгновенно ее боль не исчезнет, но надеюсь, что мой поцелуй и объятия – это маленький лучик света в ее темном мире.

Нехотя отпускаю Марго, но беру за руку, жестом приглашаю прогуляться. Нам не нужно ничего говорить, объяснять друг другу. Все понятно без слов, как и то, что я не отпущу ее, хочет она этого или нет. Со временем поверит.

Конечно, после такого бурного расставания с мужем, Марго не захочет никаких отношений, но я терпелив. Я просто знаю, что будем рядом, во что бы то ни стало.

— Я позвоню маме? — спрашивает, а я немного усмехаюсь: словно маленькая, просит позволения. Но так и есть: моя рыжая малышка.

— Конечно, Марго! И скажи, что ты со мной. Мама меня хорошо знает, будет спокойна.

— Ах даже так? Кругом заговор!

— Жизнь, как шахматная доска. И как бы она тебя не била, оставайся королевой. И не важно, что о тебе говорят пешки, Марго!

— Чьи слова?

— Не помню, но о тебе, малышка. Звони маме! — а сам мягко увожу ее в сторону причала, где пришвартована яхта.

Прохладный бриз касается наших лиц. Небо усыпано звездами, и их мерцающий свет немного успокаивает.

Я крепче сжимаю ее руку, и Марго отвечает тем же. Мы идем медленно, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга.

— Мам..., — звонит по телефону.

— Рита, доченька, а ты где? — слышу приглушенный ответ Ирины Андреевны.

— Я.., — бросает на меня взгляд и честно признается, — с Лариным Максимом.

— А, привет ему передавай! И благодарность: избавил от нерадивого зятя. Мальчишки от него приходили, вытолкали твоего мужа в шею. Рит, как бы он мстить не начал!

— Ну, тогда придется ему еще раз с Максом встретиться. А почему ты не предупредила меня, что Беляев приехал? Хоть бы маякнула, ты или папа.

— Папа... Еще тот защитник! Вся жизнь – футбол. А не позвонила... Мужа твоего испугалась. Вроде бы и не угрожал, но...

— Ясно, мам! Ну, прости, что втянула в семейную драму. Не стоило приезжать, не разобравшись на месте с ним сразу.

— Рит, да что ты такое говоришь...

— Ладно, мам! Отдыхай и не теряй меня. Я с Максом! — заканчивает разговор, а я улыбку не скрываю.

О как! Она с Максом! Моя маленькая победа!..

Вновь подаю ей руку, когда проходим по причалу к яхте. Уже не ропщет. Сразу в объятия ныряет.

Провожу в кают-компанию, где тепло и слышен мягкий всплеск волны за бортом.