Книга Дотла 2. Красная королева, страница 15 – Анна Эйч

— С чего ты взял, что Дэн работает на Арула? – спрашиваю хрипло, пытаясь сбросить с себя удушливые путы воспоминаний.

— Есть неопровержимые доказательства.

— И? Чего ты хочешь от меня?

— Я больше не буду вас спасать, Стас. Я люблю вас обоих как сыновей, но дальше вы идёте сами. Я дам тебе время вытащить брата из этого дерьма, но, если ты не успеешь – будешь смотреть, как империя Арула горит вместе с ним.

— О чём ты говоришь? – сглатываю я с трудом, во рту вдруг становится горько от привкуса страха.

— Пока ты валялся здесь в отключке, многое изменилось. Тебе нужно избавиться от наркотической зависимости и привести голову в порядок. После этого жду тебя в Москве.

— Что мне там делать?

— Там сейчас живёт твой брат со своей девушкой.

Я судорожно качаю головой:

— Нет… Мне нужно к Вике! Последний раз я столько всего натворил… Мне нужно всё исправить…

— Стас…

— Я вытащу Дэна! Обещаю! Но сначала мне нужно к Вике в Питер! Ты можешь это устроить? Отправь меня к ней!

Мой голос срывается на отчаянный крик, он дрожит и ломается под тяжестью собственной беспомощности.

— Стас, твою мать! – гаркает Руслан – Девушка Дэна и есть Вика, твоя бывшая.

Стас.

Я выложил Кузнечику всё как на духу: рассказал про то, как провалялся в коме полгода, как лечился от наркозависимости – сначала по принуждению, потом добровольно. Я не стал вдаваться в подробности, ведь ждал от неё чего угодно, но только не жалости. Сочувствия? Возможно. Однако на лице Вики не отразилось ни того, ни другого. Ни одна мышца не дрогнула. Я больше не видел ту романтичную рыжеволосую девчонку, готовую на всё ради безумного чувства. Сейчас передо мной сидела взрослая роковая женщина. Настоящая бизнес-леди: безупречный белоснежный блейзер от Brunello Cucinelli, узкие брюки цвета капучино, волосы, собранные в низкий объёмный пучок, и главный аксессуар – отсутствие эмоций. Только холодный профессионализм.

— Я не собираюсь верить тебе на слово, – заключает она, как только я подошёл к той части, где снова прошу её прислушаться ко мне и присмотреться к своему новоиспечённому жениху.

— Я тебе этого и не предлагаю. Ты сама всё увидишь, как только перестанешь сопротивляться и позволишь себе открыть глаза! – с настойчивостью прошу её хотя бы на мгновение выключить свою обиду и трезво взглянуть на ситуацию.

— А, это я ещё и слепая, да? Наивная дурочка, которую братья Куртовы снова обвели вокруг пальца? Старая добрая игрушка Вика Кузнецова, резиновая курица для псов, – язвительно комментирует Вика, не давая мне ни шанса достучаться до неё.

Как же она изменилась. Я помню её яркой студенткой в милых платьях с воланами и тонких свитерах поверх. Она выглядела как причудливая принцесса, девушка из сказки. Помню, как её пышные рыжевато-красные волосы красиво развивались на фоне исторической архитектуры Санкт-Петербурга – будто мазки краски, которых так не хватало тому серому городу. Я мог наблюдать за тем, как она бегает по бесчисленным мостам, хихикает, поедая лаваш с соусом и мясом, и говорит об архитектуре бесконечно.

— Я скучаю… – вырывается у меня надломленным голосом, который звучит совершенно инородно в нашем диалоге.

— Что, прости? – сбитая с толку, переспрашивает она, выгибая свою безупречную бровь.