Книга Сломай мой лед, страница 16 – Анна Эйч

— Целуй уже! Невозможно смотреть за вашей мелодрамой! – кричит Сопельников, вратарь команды.

— Не сейчас – тихо говорит блондин все также гипнотизируя меня взглядом – Сначала ужин, да, Чемпионка?

Антон откидывается обратно в салон и протягивает мне руку. Что ж, мой разум уже затуманен, поэтому я кладу свою руку в его и понимаю, что не чувствовала ничего подобного даже, когда он меня держал на руках. Надо же, простое прикосновение, а столько эмоций.

Я захожу в автобус и вижу встроенный стол, на котором стоит шампанское, ягоды, какие-то десерты и салаты в контейнерах.

— Прости, посуду было брать сюда рискованно – поясняет мой хоккеист-сталкер.

Ключевое в этом предложении «мой».

— Ты же знаешь, что мне нельзя сладкое? Я же фигуристка, должна быть легче пушинки, а алкоголь…

— Все Золотова! Расслабься! Выдохни и похвали себя, хотя бы сегодня. Ничего не случится, если ты съешь несчастную ягодку и запьешь ее пузырьками.

— Я могу потерять голову от пузырьков…

Небеса, что я творю? Отпускаю себя? Флиртую с ним? Но вы бы меня поняли, если бы перед вами стоял этот парень. Его светлые слегка отросшие волосы постоянно спадали на лоб, одно его движение по закидыванию челки назад сводило мне коленки. Я невольно вспомнила кумира своего детства Андрея Миронова из фильма «Бриллиантовая рука». Да, я выросла на советских фильмах, не осуждайте. Одним словом, сопротивление бесполезно. Антон слишком красив, обаятелен и вкусно пахнет. Мне кажется из меня достали все кости, потому что я чувствую себя тряпичной куклой, которая не держится на ногах, как только встречается с его улыбкой в стиле «я знаю, чего ты хочешь, детка».

— Я на это рассчитываю – отвечает он и дает команду водителю трогаться.

Двери закрываются, и мы уезжаем под громкие аплодисменты и восклицания хоккеистов, как пара молодоженов в западных мелодрамах. Не хватает только привязанных к бамперу консервных банок на веревках, клокочущих за нами.

Вот это да, ради такого приема стоило выигрывать золото. Мое сердце исполняет свою произвольную программу в груди, но вместе с ним где-то в глубоко в душе зарождается страх, что так хорошо будет не всегда. Что невозможно получить все и сразу.

Все или ничего, Золотова, все или ни-че-го.

Элли.

Утро встретило меня традиционно кучей сообщений в мессенджере от маркетологов спортивных товаров, которые жаждут заполучить моих клиентов на свои рекламные билборды, и ухватить упоминание в социальных сетях хоккеистов, которые они, к слову, даже не ведут толком.

— Гуд монинг, Костя, включай свой турбо-режим, у нас сегодня сложный день – влетая как фурия в офис, я громко кидаю папку с рекламным договором на стол, чем бужу своего ассистента в кресле.

— Да босс – он не хотя открывает папку – Опять договор?

— Не нуди, прочитай условия и внеси правки, если будут несоответствия нашим стандартным условиям. И ни в коем случае не дай им продавить точные даты выкладки постов и историй в социальные сети, только периоды. Потому что эти стервятники потом нас будут как котят тыкать, что не выложили в точное время, мы еще и должны им останемся.

— Да, босс – без энтузиазма кивает костя, меланхолично вбивая в свой планер задачи.

— Так, кто у нас следующий? – я открываю заметки на своем телефоне – А, с Романовым согласуй дату, когда он может подъехать на съемку рекламы спортивных батончиков. Снимать будет компания FrameBox.