Книга Сердце на льду, страница 74 – Анна Эйч

Вот только не надо пытаться вывести меня на эмоции. Этот дешёвый трюк работал разве что в старших классах!

Это я себе говорю, но, вот, тело предательски реагирует на её слова, воспринимая их за чистую монету: мышцы напрягаются до боли, а костяшки пальцев белеют от того, как сильно я стискиваю руль. Тем временем эта чертовка в обличье ангела продолжает живописно описывать, как именно планирует потерять девственность с кем-то другим.

Когда мы подъезжаем к общежитию, я резко выпрыгиваю из машины и распахиваю перед ней дверцу:

— Приехали!

— О-о-о, вы так галантны… – язвительно тянет она и протягивает мне руку. Я помогаю ей выбраться наружу и молча набрасываю своё пальто ей на плечи. – Были галантны! Пока вдруг не решили, что девственница для вас – это перебор!

Она саркастично машет мне рукой на прощание и летящей походкой скрывается за дверью общежития. Я провожаю её взглядом, пока она не скрывается за дверями здания, и понимаю: последствий сегодняшней ночи мне не избежать.

Я буду страдать.

Чёрт возьми… Как же я буду страдать!

Сена.

Сегодня мои первые международные соревнования в роли фигуристки сборной Канады. Воодушевлена ли я? – Нет! Впервые соревнования ощущаются не чем-то радостным и значимым, а рутиной, которая не принесет мне ничего хорошего. Рита наконец-то начала заниматься со мной индивидуально, она повысила сложность моего номера, но все равно запретила делать больше двух тройных и переставила их в первую часть программы.

Я никогда не думала, что буду настолько не согласна с тренером, хоть и понимаю, у нее есть олимпийская медаль, у меня – нет, она заслуженный мастер спорта и тренер, а я вчерашняя выскочка, чемпионка без флага.

Работай, с тем что есть.

Всплывают в голове слова моего первого тренера Екатерины Сенцовой, которая еще мою сестру довела до олимпиады двенадцать лет назад.

— Золотова! Ты какого хрена здесь делаешь? – резкий оклик Риты заставляет меня подпрыгнуть на месте и чуть не прикусить язык.

— Я… разминаюсь…

— Тебя ждут на пресс-конференции, всем не терпится увидеть, как усилилась наша сборная.

— Что, прямо сейчас? – растерянно мямлю я, нервно оглядывая свои вещи в раздевалке и пытаясь понять, нужно ли брать их с собой или оставить здесь.

Пресс-конференция? Усилилась? Что это вообще значит? Рита заболела или её вдруг осенило, что я могу выиграть золото? Смятение и радость смешиваются в моей груди в диком коктейле адреналина. Может, всё не так плохо, как казалось ещё минуту назад, и это была её хитрая авторская методика?

— Золотова, долго я ещё буду ждать?! – раздражённо бросает Рита из дверного проёма.

— Простите! Уже бегу! – я хватаю платье для выступления, коньки и сумку.

— Ты с этим собралась заявиться к журналистам? – она смотрит на меня, как на идиотку.

— А как ещё? Я делового костюма с собой не брала…

— Повесь всё в шкаф и закрой на ключ! Для чего, по-твоему, тут замки висят?

— Но я никогда…

— Золотова! Живо догоняй! – она вылетает из раздевалки, ясно дав понять: у меня есть пара секунд на решение.

Я быстро запихиваю вещи в шкафчик, проверяю замок и прячу ключ глубоко в карман спортивной формы. Сердце колотится в груди так громко, будто я уже стою на льду перед полными трибунами.

Всё получится!