Книга Маскарад, страница 194 – Ирена Мадир

— Та, которую ты забрал после убеждений? – уточняю я, намекая на дождливый день, когда мне пришлось сделать ему минет.

— Да.

— Вернуть не хочешь?

— Теперь она моя. Так ты будто всегда со мной.

Я удивлённо приподнимаю брови, хотя почему-то испытываю необъяснимое приятное чувство. Откуда оно? Всё из-за резинки? С чего бы?

— Я приготовил и для тебя кое-что. Собирался подарить в конце вечера, но… – Иолит достаёт из кармана пиджака небольшую синюю коробочку с лентой и кладёт её на стол, пододвигая ко мне.

— Что это?

— Мой способ быть с тобой рядом всегда. Открой.

Я послушно тяну за край пурпурной ленты и поднимаю крышку, тут же замечая блеск даже в тусклом освещении. Внутри коробочки оказывается цепочка с кулоном, инкрустированным сине-фиолетовым камнем, напоминающим глаза Призрака.

— Это белое золото и… иолит, – поясняет он.

Мои пальцы осторожно касаются подвески, и я поднимаю голову, мгновенно замечая небольшой румянец на щеках Иолита. Он волнуется? И почему он снова выглядит так очаровательно?

— Поможешь? – Я собираю волосы, перекидывая их на одно плечо.

Призрак тут же вскакивает, достаёт цепочку с кулоном и обходит меня, остановившись за спиной. Его тёплые пальцы скользят по шее, пока он бережно надевает подвеску и щёлкает замочком, застёгивая цепочку.

— Спасибо, Иолит, – искренне благодарю я.

Он наклоняется, находя мои губы своими. Мои пальцы путаются в его прядях, и когда мы отстранимся, дыхание щекочет мою кожу.

— Ладно, можешь оставить себе мою резинку.

Призрак смеётся и выпрямляется, вновь садясь за стол и поднимая бокал:

— Предлагаю отметить наш обмен подарками.

Я тоже хихикаю и чокаюсь с ним. Всё это такое… нормальное и спокойное… но почему мне кажется, что это лишь затишье перед бурей?

ПРИЗРАК

Я провожаю Юну и целую на прощание. Уверен, если настоять на бо́льшем, она не откажется от соблазна, и всё же решаю дать ей немного пространства. Хотя сильнее всего хочется взять её в охапку, забросить в мобиль и умчаться к театру… Но тогда Дикарка точно оторвёт мне едва вылепленный нос. Так что запасаюсь терпением и уезжаю, заметив, что она добралась до квартиры – включился свет в окнах.

Припарковавшись, уже чую что-то неладное. А едва войдя в театр, тут же понимаю, что именно… Сюда пробрался посторонний! Я осторожно ступаю по кулуарам, потирая правую щёку. Созданная магией плоть привычно отзывается лёгкой болью, и у меня лишь одно желание – поскорее избавиться от лишнего на лице. Сейчас это особенно важно, ведь кем бы ни был ночной гость, он здесь не просто так, а метаморфизм тянет из меня энергию, да и чуждая моему организму магия духов вновь мучительно ползает под кожей.

Шаг за шагом прочёсываю здание. Кто же пожаловал в театр? Неужели Рутил решил действовать уже сейчас? До премьеры? До собственного возможного укрепления после выборов главы? Он, разумеется, мог бы, его вспыльчивости и мстительности хватило бы на такую глупость, и всё же сомневаюсь…

Я вхожу в зеркальный зал, где когда-то проходил приём, и мгновенно улавливаю еле заметную дрожь тьмы. Мрак шевелится, кто-то движется в нём, перемещаясь по теням, невидимый обычному глазу. Едва слышимый звук вытащенного из ножен древнего меча тёмных – луатхара – я не спутаю ни с чем. Сейчас им пользуются лишь таахи, и подобное оружие передаётся от отца к сыну, но меч моего отца был утерян… Подозреваю, Рутил уничтожил его. Но есть другой луатхар, звучание которого въелось мне в память.