Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 24 – Нелли

— Мне скучно, — объявил он.

— Прекрасно, — сказала Лика. — Скука — двигатель цивилизации. Хочешь задачу?

— Если она не про яблоки, которые кто-то кому-то отдал. Я считаю такие задачи симптомом аграрного застоя.

Лика взяла маркер и написала на доске:

Три сотрудника опаздывают на работу. Первый опаздывает всегда, второй врёт, что был у врача, третий действительно был у врача, но всё равно врёт из привычки. Как вычислить, кого штрафовать первым?

Паша оживился.

— Недостаточно данных.

— Именно.

— Нужно проверить электронные пропуска, геолокацию, переписку и мимику.

— Геолокацию нельзя без согласия.

— Тогда пропуска и мимика.

— Мимика тоже сомнительное доказательство.

— Значит, штрафовать всех троих за разрушение доверия в коллективе.

Лика расплылась в улыбке.

— Павел, ты рождён для управленческого консалтинга.

— Я рассматриваю физику, философию и мировое господство.

— Последнее не рекомендую без хорошего юриста.

Паша потянулся к тарелке с печеньем.

— У вас есть юрист?

— Есть. Но он плачет, когда я говорю «срочно».

— Слабый юрист.

— Зато свой.

Вы когда-нибудь видели человека, который смотрит на корпоративную рассылку так, будто это уведомление о немедленной депортации на необитаемый остров без единой штанги? Именно таким был взгляд Лики рабочим утром. Слово «тимбилдинг» вызывало у неё легкий нервный тик в районе левой дельтовидной мышцы. В её мире «командная работа» означала, что кто-то страхует тебя на жиме лежа, а не вот это всё: бег в мешках, прыжки через костер или, упаси боже, коллективное пение у реки.

Но реальность оказалась ещё суровее. Шеф, в порыве внезапного просветления и заботы о «здоровье нации», объявил велопробег.

— Велосипеды? — прошипела Лика, сжимая в руке протеиновый батончик так, что тот едва не превратился в пасту. — Это же просто кардио. Самое бесполезное, скучное, сжигающее с трудом набранную массу кардио в истории человечества!

Субботнее утро встретило их ослепительным солнцем, которое Лика восприняла как личное оскорбление. Она стояла у входа в парк, опираясь на свой транспорт, и выглядела так, будто собиралась не на прогулку, а на захват небольшого суверенного государства. Её велосипед был… специфическим. Ярко-розовый «круизер» с огромным мягким седлом, белыми шинами и плетеной корзинкой спереди, в которой сейчас лежал запас изотоников и три килограмма отварной куриной грудки.

Но главным инженерным достижением этого транспортного средства было детское кресло сзади. Лика подошла к вопросу безопасности Паши с той же дотошностью, с какой она высчитывала граммы креатина. Бедный Паша сидел в кресле, пристегнутый пятью — Лика лично пересчитала — сверхпрочными ремнями безопасности. Мальчик напоминал космонавта, готового к перегрузкам в 9 G, или, по меньшей мере, ценный груз антиматерии.

— Так, Паша, — серьезно произнесла она, затягивая последний карабин. — Если мы будем падать, сгруппируйся. Хотя нет, я не позволю нам упасть. Я скорее удержу этот велосипед на одной руке, чем допущу контакт твоего шлема с асфальтом. Ты меня понял?

Паша, чей шлем был украшен картинками динозавров, серьезно кивнул. Он привык, что прогулки — это всегда спецоперация.

И тут появился он.

Если бы существовал чемпионат по самому нелепому и одновременно дорогому виду, Вениамин занял бы весь пьедестал. Он плавно выкатился на дорожку на велосипеде, который стоил как небольшая квартира в пригороде — карбоновая рама, аэродинамические колеса, отсутствие спиц везде, где это только возможно. Но внимание привлекал не велосипед, а хозяйская экипировка.