Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 9 – Лана Полякова

Озвученная проблема сгустилась надо мной тяжёлым свинцом грозовой тучи и обрела плоть.

Не представляя, как выкрутится из кошмара, в который загнала сама себя, я судорожно вздохнула и продолжила формулировать ближайшую перспективу:

— А как ты считаешь, смогу ли я доказать в суде своё право на воспитание Антошки? А через четыре года? Да и очевидно же всякому со стороны, что Крылов может дать сыну значительно больше в плане развития и обучения. У меня нет шансов против него.

Я обхватила себя руками за плечи, затем решительно растёрла лицо ладонями и призналась сквозь сжатые зубы:

— Я безумно жалею, что приехала в Москву этой зимой. Вполне могла обойтись и не появляться на вручении дипломов сейчас. Ничего страшного – получила бы свою корочку по почте или приехала бы позднее. Так нет же, захотела устроить себе каникулы! Развлеклась на полную катушку! Запомню надолго и впечатлений получила – вагон!

-Перестань себя винить! Ещё ничего не случилось. – Закономерно вспылила Агата.

Она долго уговаривала меня приехать, и частично её стараниями я всё-таки соблазнилась новогодней поездкой, оставив заботы о сыне своей маме.

Подруга выключила аварийку и решительно стронулась с места, вклиниваясь в бесконечный плотный поток машин.

— Уже случилось самое страшное, – тихо проговорила я, объясняя, — я попалась ему на глаза и напомнила о себе. Через несколько дней он будет знать обо мне всё вплоть до того, какую кашу я предпочитаю на завтрак. И ничего уже не сделаешь. Этот локомотив не остановить.

На что Агата только фыркнула:

— Не драматизируй. Семь лет ему не было дело до тебя. С чего он сейчас пробудится?

Я печально улыбнулась, переводя взгляд на мелькавшие за окном дома. Москвичи привыкли, что их миллионы и что никому в этом огромном мегаполисе нет дела до других. Но я-то знаю, что Никита Крылов не такой.

— Видела азарт в его взгляде? Это мой приговор, – проговорила, не глядя на подругу.

Мы ехали некоторое время молча. Я не хотела ни о чём говорить, а Агата, видимо, считала, что я преувеличиваю насчёт целеустремлённости Крылова и не желала вступать со мной в дискуссию.

-Что ты будешь делать? – спросила она через некоторое время, разбавляя вязкую тишину салона.

— Готовиться и ждать гостей, – ответила, не задумываясь ни мгновения.

А что мне ещё остаётся делать?

Агата выразительно фыркнула, обозначая своё отношение к моему пессимизму, и спросила, не удержавшись от сарказма:

— А если не приедет?

— Значит, мне повезло, – проговорила и повернулась к ней, вглядываясь внимательно.

Подруга нервно сжимала руль, и, по чуть заметным пятнам на лице, было понятно, как она недовольна.

— Но Антошке ведь реально лучше, если у него будет отец! – начала Агата нашу вечную тему, но я не дала ей её развить и перебила:

— Я могу выйти замуж. Приму, наконец-то, изрядно подвыветрившееся предложение, пока оно ещё действительно. Тимур мне клятвенно обещал усыновить Антона официально.

Глава 7

— Мира, ты тянешь уже почти полгода с ответом. Скажи, разве ты его любишь? – фыркнула Агата.

Она успела в очередной раз перестроиться, влезая в карман перед зазевавшимся таксистом, пока я решилась с ответом:

— Нет. Сейчас, здесь, в Москве, я окончательно поняла, что не люблю Тимура. И это даже хорошо. То место в душе, которое отвечает за любовь, выжгло семь лет назад, пока я смотрела, как мой муж целует другую.