Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 48 – Лана Полякова

— С другой стороны, Антошке реально в Москве больше возможностей, согласись. И школы, и секции. Вспомни, как мы с тобой искали спортивную? – Проговорила я в свою очередь.

— Я приму любое твоё решение, — сказала мама, повернув ко мне голову и серьёзно глядя в глаза.

— А как же сковородка?

— Лишь бы ты была счастлива, – ответила мамочка с лёгкой улыбкой и продолжила, — иди отдыхать. Я сама погуляю с Триком. Мы недалеко. Здесь, по округе пройдём и домой!

— Нет, мам. Я сама с ним пробегусь. Мне полезно скинуть лишнюю энергию. Полчасика посижу и пойдём.

Если Никита забирает Антошку, а противопоставить мне его силе нечего, то я в любом случае поеду, полечу, поползу за ними…

Как всё запуталось!

Глава 30

— Познакомишь нас? – раздался голос Никиты, стоило мне с собакой выйти со двора.

— Познакомлю поверхностно. Собака нервничает, и лучше вам не преследовать нас. Нам с Триком нужно выпустить пар! – ответила, подобрав поводок как можно ближе.

— Трик, рядом! Это свои, – скомандовала кобелю.

Зыркнула в сторону Крылова и быстрым шагом спустилась с нашей горки. Мы направлялись на собачью площадку, причём кружным путём, чтобы как следует нагуляться обоим.

Когда отошли на приличное расстояние, я, отпустив поводок подлиннее, побежала размеренно и легко по морозному вечереющему снежку.

Сначала мысли суматошно скакали с одного на другое, цепляясь за незначительные детали и эмоции, не давали сосредоточиться на беге. Но после, благодаря чёткому дыханию и монотонному движению, в голове, наконец-то, образовалась желанная лёгкость. Трик трусил рядом, не отвлекаясь на всякие мелочи. Звуки города заглушались нашим топотом и дыханием. Небо золотилось. Воздух можно было пить вместо вина.

Где-то через полчаса частные дома закончились, и бывшие дачи, превращённые в жилые уютные домики тоже стали меньше и проще. Пустырь над мелкой местной речушкой вынырнул, как всегда, внезапно, спрятавшись за деревьями, и я прибавила шаг.

Люблю этот момент, когда от размеренного движения в такт собственному сердцу наступает «мышечная радость» после выброса каких-то там гормонов. В теле лёгкость, в голове ясность, и будущее кажется прекрасным. Ты можешь всё, ты обнимаешь мир и растворяешься в нём с такие мгновения…

Трик у нас любитель тарелочек.

Такая пластиковая плоская специальная штука для бросания, которую он с восторгом ловит при любой возможности.

И у нас есть любимая игра. Я бросаю тарелку и бегу за ней из всех сил. А собакен радостно обгоняя, несётся вперёд и, прихватив зубами трофей, трусит ко мне словно иноходец, высоко задирая лапы, красуясь и выпендриваясь передо мной.

Раз двадцать – тридцать побегаешь за собакой, и любые смурные мысли покидают голову. Прихватив с собой и всякие прочие, но это уже детали. Издержки, так сказать, прекрасного.

— Всё! – объявила, путаясь в своих ногах, и падая спиной на более-менее чистый снег.

Трикуся уселся рядом, вывалив язык.

— На площадку, друг мой, мы с тобой сегодня не пойдём! Как-то я устала. Потерпи до завтра, хорошо?

Собакин наклонился и лизнул меня в щеку, будто действительно понял, о чём это я говорю. Ухватила в ответ его за мохнатую голову и засмеялась обескураженному выражению морды, когда я дунула ему в нос.

Так-то!

— Набегались? – встретил нас у кромки леса Никита. Он не подходил. Держался на уважительном расстоянии.