Книга Дом на краю, страница 1 – Женя Онегина

У домов есть душа…

Это абсолютно точно…

Старый дом радуется, когда к нему приезжают.

Открывают ставни, распахивают окна.

Старый дом грустит, когда его оставляют.

Благодарит за чистоту и замирает в ожидании новой встречи.

Старый дом помнит маленькие радости и большое горе.

Разбитые коленки, ночи без сна из-за первой любви… горечь утраты тоже помнит.

Старый дом – это книги, фото, газеты двадцатилетней давности, старые письма, лото середины прошлого века и посуда позапрошлого.

Старый дом – это безграничное счастье и боль.

Старый дом – это шорохи по ночам и летучие мыши в дымоходе.

Причал Сан-Марко был пуст.

Солнце давно село, и большинство туристов – из тех, кому хватило духу и средств остаться в Венеции на ночь – переместились за столики в кафе на Piazza San Marco. Их с Настей «свадебных» денег как раз бы хватило на ужин в одном из них. Поэтому они сидели на причале, свесив ноги вниз, и наблюдали, как гондольеры укрывают от ночной влаги свои гондолы, а припозднившиеся катера и небольшие парусные яхты покидают беспокойные воды Венеции.

На город Святого Марка опустилась тишина. Кирилл обнял жену за плечи и притянул к себе. Зарылся носом в макушку. И прикрыл глаза. Они сделали это. Стали мужем и женой. И теперь пьют теплое шампанское прямо из бутылки, сидя на причале Сан-Марко.

Настя повернула голову и нежно коснулась его губ своими. Кир прижал ее крепче.

— Ты можешь поверить? – зашептала его жена. – Мы одни в самом центре Венеции.

— Ну не совсем, – усмехнулся Кир и сделал большой глоток. – Еще пара тысяч китайцев спряталась в тени Дворца дожей.

— Пообещай мне, что мы вернемся сюда еще… – попросила Настя.

— Зачем? – удивился Кир. – За пару дней город тебе надоест.

— Я хочу приехать сюда еще. Потом. Чтобы понять, что ничего не изменилось. Что мы все сделали правильно!

— А сейчас ты не уверена? – ехидно уточнил Кирилл и поцеловал ее.

Настойчиво. Крепко. Стараясь отвлечь от странных мыслей…

Но она отстранилась. Повернулась в его руках, и вновь зашептала требовательно:

— Пообещай! Кирилл, слышишь? Что через три года мы вернемся. Именно сюда!

Она была сейчас бесконечно красива. В простых голубых джинсах и свободной белой блузе. Несколько светлых прядей выбились из аккуратного узла на затылке. Кир поймал одну из них и пропустил между пальцами. От древнего города за их спиной веяло дневным жаром. И еще чем-то неизведанным. В конце концов, одно маленькое чудо сегодня уже случилось. Они женаты. Почему бы не превратить в сказку всю их жизнь?

Он сжал ее ладонь и мягко коснулся тыльной стороны губами.

Прошептал:

— Насть, я люблю тебя.

— А я тебя, – она улыбалась, – так обещаешь?

— Обещаю…

Его разбудило солнце. И это было странно. Настя терпеть не могла яркий свет, и плотные шторы в их спальне всегда были опущены на ночь. Кирилл перевернулся на спину, прислушался к себе, проведя тщательную ревизию организма, и тяжело вздохнул, придя к неутешительным выводам.

Пить надо меньше!

Он помнил только, что после окончания матча, они с лучшим другом Юркой поехали на Никольскую. А там…

— Мальчик мой, золотце, не подумай, что я вмешиваюсь в твою жизнь…

— Мама?! – Кирилл открыл глаза и рывком сел на кровати. И тут же поморщился от острой головной боли, пронзившей виски.