Книга Присвоенная, страница 35 – Виктория Волкова

— Выбирай, — пожимает плечами Наина. По глазам видно, как ей хочется остаться с этой кипой вещей наедине. Все перемерить, повыбирать.

— Ты совсем обалдела, Белла? — строго оглядывает меня Мариам. — Да я тебе в матери гожусь, а ты со мной разговариваешь как с подругой.

— Раз мы не подруги, — чеканю каждое слово. — Тогда тем более, покиньте эту комнату.

— Ты! Ты... — фыркает она. — Ну, погоди, я все доложу Мураду...

— Мариам, — слышится сзади ленивый голос мужа. — Если моя жена тебя о чем-то просит в моем доме, будь добра прислушаться. Это понятно?

— Ой, Мурад! — охает родственница мужа и вздыхает театрально. Голос сразу становится медовым, притворно-ласковым. Неужели Мурад не догадывается. — Ты меня напугал. Я сказала твоей жене, что такое носить нельзя, — кивая на вешалку в моих руках, юлит Мариам. — А она уперлась как баран. Где ты ее взял такую? — добавляет, будто в шутку. Но в каждом ее слове мне слышится ненависть.

— Я дал Белле карт-бланш, — спокойно замечает Мурад. — Она вольна выбирать...

— Но, — не сдается Мариам. — Такое нельзя носить. Это выброшенные деньги.

— А это ты оплачиваешь? — вскидывается муж. На суровом лице появляется насмешка и наползает тень.

— Нет, но... — краснеет женщина. — Я хотела как лучше.

— Тогда тебе лучше выйти, сестра, — отрезает Мурад. — Вам тоже, — поворачивается он к шушукающимся Лейле и Наине.

Женщины недовольно покидают гостиную. А на глазах у Лейлы я даже замечаю слезы. Бред какой-то! Они еще и обиделись. Тяжело мне будет в новом доме. Очень тяжело.

— Давай, начни с него, — садясь в кресло, улыбается мне Хафизов. — Девушки тебе помогут, — кивает на менеджеров и на похожую на шатер переносную примерочную.

И когда я выхожу к мужу в красном платье, присвистывает восхищенно.

— Какая же ты красивая, Белла! Мне теперь весь край будет завидовать.

— Да ну! — отмахиваюсь я весело. — Посмотри сзади, — кручусь я. Может, Мариам и права. На спине вырез от талии до лопаток. Правда, сверху завязывается такой же шелковый бант. Но мне не по себе.

— Очень красиво. Берем, — решает Мурад. И я, радостно вглядываясь в довольное лицо мужа, уже через минуту забываю о противной Мариам.

— Не снимай его, — лениво просит муж. В голосе слышатся хриплые нотки и желание. Пожирая меня темным жадным взглядом, Мурад поднимается навстречу.

— Сколько я вам должен? — обращается к менеджерам.

— Я еще не все тебе показала, — лепечу растерянно. Муж просто обязан одобрить мой выбор.

— Потом все увижу, Белла, — притягивает меня к себе Мурад и, достав из кармана карточку, выжидательно смотрит на девушку-менеджера. Та называет сумму, и у меня подкашиваются ноги. Сколько? Это же почти половина отцовского долга. Значит, дело не в деньгах вовсе!

Чёрный пластик ложится на терминал. Раздаются тренькающие звуки.

— Платеж прошел, — кивает девушка, а я ошалело смотрю на мужа. А он весело улыбается мне.

— Пойдем ужинать, моя гурия. Наши родственники не простят, если мы сбежим.

У Мариам выпадает глаз, когда я вхожу в большую светлую столовую в новом красном шелковом платье. Она негодующе оглядывает меня и замечает сухо.

— Для дома, наверное, сойдет. Будет Мурад любоваться. И мы вместе с ним.

— Красоту нужно нести в люди, — улыбается Мурад, слегка сжимая мою руку. — Давайте поужинаем и поедем в центр покатаемся, — предлагает весело, как мальчишка, и тут же строго спрашивает с братьев. — Вы там закончили? Много осталось?