Книга (Не)подходящие, страница 8 – Мария Летова

— Заткни его.

Брат накрывает голову подушкой, а я деру сухое горло, отвечая в трубку:

— Да?

Я выхватываю из динамика слова. Смутно знакомый голос. Камила. «Зеленая миля». Подъехать к обеду?

— Да… да, я смогу… – сиплю, садясь на кровати.

На моих часах остался один процент зарядки, но я успеваю увидеть, что уже десять утра, прежде чем экран намертво гаснет.

— Хорошо, номер своего мобильного скину сообщением, – деловым тоном сообщает эйчар «Зеленой мили».

Она не дает ни единого пояснения по поводу того, что в «Зеленой миле» считается временем «к обеду», и я решаю расценивать его, как прямо сейчас.

Я не думаю о Леоне. В конце концов, эта фирма не ему принадлежит. Там четыре этажа сотрудников и куча менеджеров высшего звена.

Мои волосы похожи на солому. Я укладываю их в пучок на гладкий пробор. Макияж делаю ровно такой, чтобы не чувствовать себя «голой». И то только потому, что в офис, где на бизнес-ланче предлагают авокадо-тосты, ходить без макияжа не принято.

Вчерашняя блузка безбожно измята.

Я нахожу в шкафу белую футболку и заправляю ее в юбку-карандаш. Это вполне прилично для человека, второй кожей которого в последние два месяца стали леггинсы и любимая застиранная майка.

Арс выбирается с дивана, не выдержав моей суеты. Бросив на меня сонный взгляд, делает комплимент:

— Умеете же вы, бабы…

Я выскальзываю из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

В автобусе я наконец-то могу отдышаться. Занимаю место у окна, радуясь маленькому количеству пассажиров. Сумасшедшее утро два дня подряд – это испытание для меня теперешней.

— Ф-ф-ф… – выдыхаю, прикрыв глаза.

В «Зеленой миле» все повторяется в точности, по крайней мере, в той части, которая случилась до Леона. Камила приводит меня в ту же самую приемную, чем заставляет напрячься.

Разбуженный с утра азарт душит напряжение, с которым я смотрю на плотно прикрытую дверь кабинета. За ней ничего не слышно. Ни единого звука. Думаю, такая шумоизоляция обеспечена намеренно. Я знаю о «Зеленой миле» не так много, но, думаю, корпоративных тайн у них хватает.

— Там совещание, – поясняет Камила. – «Не входить, а то убьет», – делает пальцами кавычки в воздухе.

Сглотнув возникший откуда ни возьмись осадок в горле, я перевожу на девушку взгляд. Она указывает рукой на стол секретаря, распоряжаясь:

— Садись, работай. Там папка, выбирай любой файл, они все нужны к завтрашнему дню. Можешь начинать в любом порядке.

— А?..

Я собираюсь спросить, на каких условиях тут нахожусь, но Камила опережает.

— Леон сам тобой займется, – говорит она.

Я смотрю на ничем не примечательное рабочее место с напряжением и подозрением. Не решаюсь к нему приблизиться, снова бросая взгляд на дверь кабинета, где после косметического ремонта появилась ламинированная табличка.

«Золотов Л. Руководитель загородных проектов».

Я не знаю, с чем борюсь: со своей гордостью или боязнью неизвестности.

Медлю, но все же сажусь в кресло, правда, к работе не прикасаюсь. Вместо этого обнимаю прижатую к животу сумку и впадаю в транс под тиканье круглых часов на стене. Я не стану делать ненужную работу. И я ненавижу неизвестность.

Вид из окна сегодня еще красивее, чем вчера. Небо хмурится, и, если пойдет дождь, примерно тринадцать миллионов человек скажут за это спасибо.