Книга Вечные Пески. Том 10, страница 37 – Лео Сухов

Регой, ещё больше нахмурившись, смерил меня взглядом. Всё-таки зацепил я его своими словами. А главное, заставил задуматься.

— Я стану твоей тенью, Эрегихон. Тенью, которую невозможно победить, потому что она уже мертва, — моя улыбка перешла в добродушный оскал. — Чем больше будет слухов, что именно ты повинен в моей смерти, тем больше тебя будут сравнивать со мной… И знаешь что, Эрегихон?

— Что? — нехотя заинтересовался регой.

— Ты всегда будешь проигрывать, Эрегихон, — заглянул я в глубину его глаз. — Не потому что ты хуже, вовсе нет. А потому что всё, что я делал — это спасал людей, убивал демонов и заботился о тех, кто рядом. Я не пытался вопреки обстоятельствам заполучить славу. Я просто жил. Я просто делал. Я просто был. А вот ты рвался стать «надеждой человечества». Сильно рвался…

— И что? — нетерпеливо перебил Эрегихон, чуть уведя взгляд в сторону.

— А то, что на этом пути ты наверняка проявлял жестокость к подчинённым, — ответил я. — Тебе приходилось быть таким. Жёстким и жестоким. И ещё не раз придётся. Ты ведь не обычный наёмник. Ты царский регой. Ты брат главы семьи Аравантис. Тебе придётся нередко принимать непопулярные решения, которые расстраивают мирных жителей и воинов. И на фоне моей тени, ты будешь постоянно проигрывать… Меня всегда будут ставить тебе в пример. А иногда и намекать на то, что лучше бы умер не я…

— Хватит! — рявкнул регой, вскочив с резного стула.

Однако сразу же сел обратно с невозмутимым лицом.

— Если бы я был врагом твоей семьи, именно так бы и сделал, — с холодным спокойствием закончил я. — А я всего лишь наёмник. Думаю, во враждебных вам семьях найдутся люди и поумнее.

Не найдутся. Уж чему в моей прошлой жизни люди научились, так это управлять чужим мнением. Даже я, далёкий от подобной темы человек, обрисовал неплохой план. Но Эрегихон ведь не знает о моей прошлой жизни. Не знает, что я обладаю знаниями людей, накопленными за тысячи лет истории. Истории, которая не ходила только по кругу, как это было в Вечных Песках, а поднималась по спирали, умножая наследие с каждым новым витком.

Эрегихон уверен, что перед ним наёмник, который и трёх десятков лет не прожил. А значит, если такое придумал я, то его мудрые враги измыслят что-нибудь ещё хуже. На этом я и собирался сыграть. Игра будет опасной, но я сначала заслужу доверие Эрегихона, а затем, балансируя, пройду по самому лезвию этого доверия.

Чтобы оказаться как можно дальше. И от Эрегихона, и от Ас-Арахаманы, и от Междуречья с его интригами.

А если я где-то оступлюсь, Эрегихон меня убьёт. Теперь уже наверняка убьёт. И никаких сил не пожалеет. Значит, ошибаться мне нельзя.

— Ну так вот… Зачем тебе своими руками лепить из меня непобедимого соперника? — спросил я, когда напряжённое молчание затянулось. — Ведь я, вот он, сижу, предлагаю свои услуги… И готов помочь не только твоей племяннице, но и тебе?

— Мне? — Эрегихон посмотрел на меня, как на букашку, вызвавшуюся помочь гнуру.

Зря старался. Мою самооценку сложно поколебать. Я и сам знаю своё место в пищевой цепочке. А вот отдавать его кому-то без боя… Нет, вообще не мой вариант.

— Ты считаешь меня своим соперником, — я развёл руками. — Но ты забыл, что я тебя таковым не считаю. Я не добивался славы, она сама пришла. Я, можно считать, просто случайный человек… И меня тяготит моя известность. Так что… Вообще-то я могу переложить её на тебя.