Книга Вечные Пески. Том 9, страница 21 – Лео Сухов

Бурусы возвышались над морем уродливых голов, как живые холмы. Их было больше, чем прошлой ночью. Рядом вышагивали пустынные храи — огромные, с когтями и ядовитыми шипами. А в небе мелькали тени креоров — высших летающих демонов, что кружили над Пустым городом, выжидая удобный момент для атаки.

Я стоял, смотрел и понимал одно: если мост не сожгут сейчас, мы не удержим его. Никакие песчаные воины не помогут. Никакой строй. Нас просто-напросто сметут.

— И где огонь? — пробормотал я, обернувшись на островную крепость. — Иритис, иух ты помойный, где твой, иухи-его-подери, огонь⁈

Но крепость молчала. Орудия на её стенах не стреляли. Я стиснул зубы, стараясь не думать о том, что Иритис меня обманул и решил бросить на мосту до утра. Хотя, честно говоря, подобные мысли в голове и мелькали.

Я дважды открывал рот, чтобы отдать приказ отступать. Но всякий раз останавливал себя.

Когда со стен крепости, наконец, ударили баллисты, демоны уже хлынули потоком на мост.

Первый горшок с зажигательной смесью пролетел над нашими головами. Я проводил его взглядом: он описал высокую дугу и разбился о доски в сотне скачков впереди. Жидкое пламя разлилось по камню, потекло в воду — и в темноте вспыхнул яркий цветок. За ним — второй, третий, ещё и ещё… Баллисты били часто, методично, и вскоре вся деревянная часть моста была залита огнём.

Горшки падали ближе и ближе к нам. В какой-то момент стало страшно, что и нас накроет.

— Отходим! — заорал я. — Назад! Все назад!

Мои люди начали отступать, сохраняя строй. Мы пятились к острову, а я продолжал создавать песчаных воинов, чтобы прикрывали наше отступление.

А вот демоны, твари такие, не отступали, нет.

Наоборот, ринулись вперёд с удвоенной яростью. Словно понимали, что мост вот-вот будет потерян. Будто сама орда, единым разумом, осознала: ещё немного, и придётся искать пути через реку. А демоны воду очень не любят. Летающие, и то избегают над ней долго находиться.

Гухулы начали бросаться в пламя, как обезумевшие. Псевдоплоть на их телах плавилась, стекала чёрными лужами и, смешиваясь с огнём, гасила его. Прокладывая путь остальным, гухулы гибли десятками: пламя пожирало их, и они оседали грудами дымящейся плоти. А на их место сразу же вставали новые.

Я видел, как один гухул, весь в огне, прорвался через «нашёптышей» и рухнул в воду, оставив за собой дымящийся след. За ним так же прорвался второй, третий. Умирая, они заливали пламя собой, своими телами, своей псевдоплотью, и огонь на мгновение слабел. В какой-то момент мне показалось, что демоны всё-таки смогут прорваться. Что их хватит, чтобы затоптать пламя и проложить дорогу орде.

Но крепость била снова и снова. Всё новые горшки летели над водой, разбиваясь о камни и дерево, и пламя разгоралось с новой, уже неудержимой силой. Баллисты на стенах работали без остановки — их расчёты понимали, что второго шанса не будет. Горело всё, что могло гореть.

Горела деревянная часть моста, и балки с треском лопались, разбрасывая снопы искр. Горели каменные плиты, облитые горящей жижей — и даже камень, казалось, плавился в этом аду. Горела вода вокруг моста — зажигательная смесь растекалась по поверхности реки, и Тихая пылала, как факел. Яркие отблески плясали на волнах, в их свете я видел, как мечутся тени.