Книга Вечные Пески. Том 8, страница 90 – Лео Сухов

И эти последние мгновения были, пожалуй, самыми отчаянными. «Нашёптыш» потерял ведёрко песка, броня на его левой руке разлетелась осколками, а сам он чуть не упал,. Однако выстоял под ужасающим натиском и перешёл в наступление на упрямого старосту.

Удар, удар, удар… Игрешт теперь и не пытался прикрыться. Только лишь устоять на ногах. Его шатало от ударов, как молодое деревце под порывами песчаной бури. А потом он всё-таки поймал в челюсть, резко дёрнул головой — и плашмя упал на землю.

Я остановил песчаного воина до того, как тот сделал шаг к поверженному. Над округой повисла оглушительная тишина, нарушать которую даже переханы не посмели. И в этой тишине я спокойно спросил:

— Ещё кто-то желает сразиться с песчаным воином и доказать, что демоны ему до одного места?

— Нечестно!.. — заревел один родственников старосты. — Мы их оружием бьём!..

— Я могу дать такому воину оружие, — кивнул я. — Готов сразиться?

— Да!

— Только учти, песчаный воин не умеет щадить. Исходом поединка будет чья-то смерть, — честно предупредил я. — Готов?

— Не-не… — сразу же помотал головой здоровяк. — Я ещё молодой… Я не хочу умирать.

Я посмотрел на хохочущего Ситраниса и вопросительно поднял бровь.

— Вот это, брат мой, и есть папары! — жизнерадостно пояснил тот.

В ходе опроса местных мне удалось узнать историю. Удивительно романтичную и тупую историю. Некий осм из десятой триосмии триста восемьдесят четвёртой сотни береговой охраны Ариса влюбился. И ладно бы ему влюбиться где-нибудь на левом берегу Тихой, но нет… Он влюбился в девушку на правом берегу, да ещё из посёлка папаров. То есть в папарку.

Распустив сопли и слюни, парень регулярно мотался через реку к своей ненаглядной. И почти так же регулярно получал от её братьев, дядьёв и отца тумаки, которые только разогревали его чувства и желание обладать объектом воздыханий. Сослуживцы осма надеялись, что со временем парню всё-таки надоест это любовное приключение… Однако вместо этого на голову человечества приключились целых четыре орды.

Желая спасти свою любимую папарочку, осм предложил ей бежать с ним. Само собой, бежать предлагалось на левый берег, в безопасные земли. И, само собой, папарочка упёрлась, заявив, что без семьи не побежит, ну потому что родственники и всё такое.

И, само собой, семья папарочки, состоявшая преимущественно из папаров, никуда бежать не хотела. В связи с чем грозилась самостоятельно всех демонов перебить, хозяйство уберечь, а дальше снова жить припеваючи на плодородном берегу.

Может быть, пострадал бы несчастный осм, да и нашёл бы другую девушку. Да только был он племянником аж целого сотника, который командовал триста восемьдесят четвёртой сотней береговой охраны Ариса. Ага… Непотизм, как он есть, и никто особо не скрывал.

Пошёл несчастный осм к своему дяде, да и выложил ему про любовные страдания. Проникнувшись мучениями племянника, сотник разрешил тому взять всю триосмию, где служил парень, и тайно вывезти папаров на безопасный левый берег.

Понятное дело, никто в триосмии от таких перспектив в восторг не пришёл. Триосм подразделения ясно понимал, что если на этом поймают, то отвечать придётся ему, и никто его отмазывать не станет. А отказать нельзя, ведь у сотника родственников много — и всех надо пристроить. Желательно, на руководящие места.