Книга Вечные Пески. Том 8, страница 76 – Лео Сухов

Первые два дня прошли без происшествий. Это одновременно радовало и настораживало. Разведчики то и дело уходили вперёд на два-три сихана. Они прочёсывали овраги, заглядывали в перелески и окрестные поселения. Однако ни демонов, ни людей нигде не было. Никто не жёг костры, не прятался в кустах, не оставлял свежие следы на пыльных просёлках. Только старые, подплывшие отпечатки ног.

А ведь раньше эта местность была густо заселена. Маленькие поселения на три-четыре дома попадались через каждые полсихана. Их строили из сырцового кирпича, с плоскими крышами и обязательным колодцем в центре двора. А сейчас практически все стояли пустые. Двери распахнуты, ставни либо сняты, либо закрыты. Внутри домиков привычная картина: брошенная утварь, обрывки тряпок на полу, кое-где опрокинутая мебель. Жители ушли сами и забрали самое ценное. Сожгли то, что не хотели отдавать в руки мародёров и грабителей. Ну и бросили всё остальное на волю ветра.

Однако попадались и другие следы… В полдень второго дня мы наткнулись на посёлок, который не был покинут мирно. Он стоял в низине у пересохшего ручья, окружённый низкой стеной из необработанного камня. Ещё на подходе я почувствовал застарелый запах крови. Да и посёлок выглядел как-то очень уж жалко. Мы спешились у ворот.

Картина внутри была знакомой до отвращения: двери выбиты, окна разломаны, рамы топорщились щепками. Стены нескольких домов несли на себе следы когтей — глубокие, в три пальца шириной. Зачастую они пересекали кладку наискось, как если бы демоны пробовали кирпич на прочность.

На земле темнели бурые пятна. Крови было много, она пропитала утоптанную глину двора. Тел, само собой, не наблюдалось. Сами уже встали глухами, а может, и вовсе гухулами. Была ещё надежда, что выжившие просто сожгли трупы… Но, судя по количеству пятен и по тому, как часто они попадались… Нет, выживших здесь быть не могло.

Я прошёл в дальний конец двора. Там стояла телега, гружённая домашним скарбом. Тюки были обвязаны верёвками, но сама телега стояла косо: одно её колесо съехало с оси. Рядом валялся перевёрнутый сундук. На месте, где должен был быть запряжённый гнур — огромное пятно крови. Даже скотину демоны задрали…

Ситранис подошёл, постоял рядом, сплюнул в пыль.

— Дня три, наверно, как всё случилось… — сказал он. — Может, четыре.

— Следов нет вокруг?

— Не…Наши всё проверили. Никто отсюда не ушёл живым. Можно даже не искать. Есть следы отхода демонов в поля, а там кровь, обрывки одежды, обувь… А вот следов людей, уходивших своим ходом, нет.

Я кивнул:

— Двигаемся дальше.

Мы вышли из посёлка, и бойцы оседлали переханов.

К вечеру второго дня отряд разбил лагерь на вершине пологого холма. Место я выбирал сам: открытое, хорошо просматриваемое во все стороны. С трёх направлений подход прикрывали овраги. А на востоке лесополоса отстояла на три сотни скачков. Достаточно, чтобы заметить приближающегося врага. Переханов стреножили в центре лагеря. Костры жечь не стали.

Когда сумерки сгустились до такой степени, что звёзды стали видны даже на юге, где небо ещё хранило оранжевый отблеск, я сел в центре лагеря и начал шептать. В предыдущую ночёвку я защиту вокруг лагеря ставить не стал, лишь отдал приказ усилить дозоры. А вот сегодня решил, что лучше бы перебдеть.