Книга Вечные Пески. Том 8, страница 3 – Лео Сухов

И сейчас я отчётливо понимал, о чём мне говорила Арахамана. Почему она так просила прийти и помочь Мерхану.

А если ты не отстоишь Мерхан, никто из людей не выживет. И это будет конец.

Это и был конец. Я смотрел на бесконечное множество демонов, текущих на север, и понимал, что никакое войско их не сдержит.

Поэтому я говорю тебе: кто бы что ни просил, тебе надо отстоять Мерхан. Без тебя он падёт. И тогда пески поглотят людей. Всех до единого, до самого последнего человека. А мир вокруг станет окончательно мёртвым.

Там, внизу, под холмом, у стен Мерхана, торчат два вождя орды. И разум кричит, что надо бежать. Но я знаю, что бежать поздно. Я не прощу себе, что видел двух вождей и сбежал. Даже не попытался их уничтожить.

А если мы вступим в бой… Каковы шансы, что мои люди выживут? Ситранис, Истор, Тадар, Гвел, Ашкур, Ферт, Алана? Сотники? Триосмы и осмы? Рядовые бойцы? Внизу, под холмом и дальше, бесконечная тьма низших демонов. А, кроме того, несколько десятков высших, которые увидят нас через защиту.

И они ведь не умрут после смерти вождя.

Да, орды ослабнут. Да, не смогут без вождя накапливать жизненную энергию. Но демоны-то никуда не денутся. Ни высшие, ни низшие. Они всё так же будут здесь. А ведь до утра ещё далеко. Очень далеко. Но если сейчас обезглавить две орды, западную и южную, лишить их запасов сил… Тогда у человечества будет шанс разобраться с оставшимися двумя.

Демоны подошли слишком близко к самому сердцу Края Людей.

Здесь хватит сил, чтобы добить две обезглавленных орды. И чтобы удержать две оставшихся. Здесь хватит шептунов, чтобы обрушить на орду смертоносные заклятия. И хватит воинов, готовых сражаться насмерть. Здесь есть река, которая ослабит врагов. Всё что надо — пойти сейчас в атаку, добраться до вождей и убить их. Они не так уж сильны, в конце концов.

Правда, добраться до них будет тяжело. Свита из высших демонов способна разорвать армию, состоящую из одних регоев. Что уж говорить про маленькое войско обычных наёмников, кочевников, стражников и ополченцев? Нас могут растоптать на подходе, и тогда мы ничего не добьёмся. Лишь бесполезно погибнем, удобрив землю возле Мерхана.

— Мы не можем уйти… — тихо проговорил Ферт, и я услышал, как он скрипнул зубами.

И, собственно, я-то с ним был согласен целиком и полностью. Но больше половины моих бойцов — это кочевники, в которых я уверен не был. Они могут сейчас развернуться и драпануть. Вера в старых богов — это хорошо, но самоубиваться за всё человечество… Нет, это дело исключительно добровольное.

— Нам нужен план, — ответил я. — Идти в бой без плана нельзя. Все поляжем.

— Да о чём вы говорите⁈ — охрипшим голосом возмутился Тадар. — Если мы нападём, нам конец! Бежать надо, пока не заметили!

Я резко развернулся к хану и подал перехана так, чтобы встать с ним бок о бок. А потом схватил кочевника за расшитый воротник и притянул к себе:

— А теперь слушай меня, Тадар. И донеси то, что я тебе скажу, до своих людей. Слышишь? — я посмотрел на хана, как никогда не смотрел, а тот с испугом уставился на меня. — В тот момент, когда мы увидели этих двух вождей орды, мы стали смертниками. Нападём — можем умереть. И погибнут наверняка многие. Не нападём… Нам этого не простят. Достаточно одного выжившего, который расскажет, что здесь стоял какой-то отряд, но ничего не сделал. А выжившие будут. Обязательно будут. Запихнуть всех жителей в кормушку до рассвета демоны не успеют. И всё Великое Междуречье будет искать, кто был этот трус! И не помогут никакие отговорки! И этого труса, и всех его родных больше не примет ни один дом! Ни один человек не пожелает им чистой воды и прохлады тени! Никто не разделит с ними кров и еду! Нас всех будут искать и гнать в шею! Гнать отовсюду, куда мы ни придём! И это в лучшем случае!