Книга Вечные Пески. Том 7, страница 23 – Лео Сухов

Не люблю врать. Однако это был не тот случай, когда стоит делиться правдой. Такая правда посеяла бы в лагере страх, смущение и, возможно, даже смятение.

Если мои люди узнают, что Верховная Жрица Священного Храма оказалась одержимой… Что это она призывала сюда истинных демонов… Что мы собственными руками убили её и всех её последовательниц… Это могло обернуться непредсказуемыми последствиями.

Наверняка были бы и те, кто осудил меня. Нашлись бы и те, кто засомневался в наших нынешних целях. А сомнения в нашем положении — роскошь непозволительная.

Поэтому я рассказал то, что мы по пути договорились считать правдой. Мы прибыли в Священный Храм, были приняты Верховной Жрицей и обсудили с ней условия доступа к архивам. Переговоры шли непросто, но в итоге удалось достичь предварительных договорённостей. Мы остались на ночь в гостевых покоях, чтобы утром продолжить переговоры.

А ночью пришла орда демонов. Твари прорвались в город, начался штурм. В суматохе и хаосе Священный Храм подвергся атаке с нескольких сторон. Верховная Жрица, её помощницы и почти все, кто находился внутри, погибли. Нам удалось вырваться, забрав то, что могли унести, и собрав по пути скот, но… Не всем повезло. Элия, наша лучница, пала в бою в Священном Храме.

Я говорил коротко, сжато и не слишком охотно. Подробности я готов был рассказать только командирам, и то чуть позже. А уж они сами донесут рассказ до подчинённых.

— Ты в порядке? — когда я закончил, спросил Истор.

— Вполне, — ответил я хмуро.

— Если ты хочешь… Ну, скажем, напиться… Или запереться в своей комнате… — сочувственно глядя на меня, проговорил мой заместитель.

— Зачем мне это хотеть? — спросил я, не понимая.

— Ну… Ты и Элия… — проговорил Истор, внезапно смутившись. — Вы, конечно, скрывались…

— А-а-а… Ясно, — кивнул я, поглядев в сторону. — Многие знали?

— Ну… В общем-то, все знали, — пожал плечами мой зам. — Это же лагерь, тут особо ничего не скрыть…

Я бы соврал, если бы сказал, что меня не тронули его слова. Ну и да, я предполагал, что многие знают, но не думал, что многие — это все.

— Напиться и забыться? — вопросом на вопрос ответил я. — Хочу, конечно. Но мне, знаешь ли, нельзя.

Истор кивнул, хотя вряд ли понял, о чём я. А я всё о том же… О том, что, раз спившись, сделаешь это снова. Стоит повторить, и больше ты себе не хозяин. Это плата за несдержанность. А подставлять своих людей длительным запоем… Это никуда не годится. Да и боль не снимает, если честно. Разве что притупляет на время.

— Собери всех старших на совещание, — попросил я Истора. — Надо решить, как быть дальше. Пока надо всех, кто со мной был, накормить и дать поспать. Я бы тоже слегка вздремнул.

Конечно, божественные сновидения дают заряд бодрости. Но мне ещё купол над лагерем будущей ночью держать. Во-первых, надо дать Ферту отдохнуть. А, во-вторых, надо бы самому посмотреть с крыши гостиницы, что там в Святилище происходит.

Вечером того же дня я, шептуны и командиры собрались в самой большой комнате гостиницы. Когда-то здесь, видимо, была общая трапезная: длинный стол, грубо сколоченные лавки и большой очаг в углу.

Сейчас стол был застелен картой Приозёрья. Не слишком точной, наспех нарисованной углём на куске выделанной кожи, но достаточной, чтобы понять расклад. Вокруг стола расположились командиры и сотники, а также все имевшиеся у нас шептуны.