Книга Вечные Пески. Том 7, страница 124 – Лео Сухов

— А регой-то не дурак, — одобрительно заметил Истор.

— Не дурак, — согласился Рехт. — Молодец он у нас. Поднял своих людей: у него всего полторы сотни воинов было, но все опытные, ходившие в бой. И ополчение городка тоже встало: те, у кого было оружие. Мы отбили штурм. Стену удержали. Но какой ценой… — он замолчал и провёл ладонью по лицу, будто смывая невидимую грязь. — Раненых тьма. Убитые и среди ополченцев, и среди людей регоя. Если бы демонов было чуть больше, они бы прорвались.

— Но ведь вы отбились, — сказал я. — Почему утром не ушли?

— Должны были, — Рехт сжал кулаки. — Все так решили. Даже градоначальник, кажется, понял, что ещё одного штурма не выдержать. А потом он снова заупрямился. Сказал, что если бросит урожай, его точно в семье не простят. И что не для того он столько лет горбатился, чтобы всё потерять. И велел грузить обозы.

— А регой? — спросил Ситранис.

— Регой спорил, но он был ранен. Потерял сознание, и его унесли. А больше возразить и некому было… Градоначальника ведь совет семьи поставил, он старый, упрямый и при должности. Когда регой пришёл в себя и узнал о решении, он послал меня сюда искать наёмников. Сказал: тут дорога на Габун, много отрядов проходит, может, кто-то согласится. Дал денег. Велел найти хоть кого-нибудь.

— И как, нашёл? — спросил Истор, хотя по лицу Рехта и так было ясно, что нет.

— Один отряд только согласился, а это мало… — Рехт покачал головой. — Я обошёл всех, кого нашёл в городе. Весь день тут сижу. Во всех харчевнях был, в каждом лагере за стеной. Меня слушают, кивают и отказываются. Говорят, мол, сами спешим. Или что оплата мала. Или просто предлагают самим отбиваться.

— А ты не думал, почему тебе отказывают? — Истор прищурился. — Твой городок по собственной глупости и жадности вляпался в неприятности. Сначала надо было уходить, потом надо было уходить… А вы сидели и ждали, пока демоны придут. И теперь удивляетесь, что никто не хочет рисковать головой? Ради тех, кто сам на демонов нарывался?

— Градоначальник нарывался, — возразил Ситранис, со стуком поставив кружку на стол. — А регой нет. Если он не может приказать градоначальнику, значит, у того вес в семье побольше, чем у молодого парня с мечом. Так, значит?

— Так, — понуро кивнул Рехт. — Градоначальник у нас серьёзный, его сюда совет семьи поставил. Он старый, упрямый, у него у самого родичи в совете. А регой… Он молодой совсем. И воинов у него — те самые полторы сотни. У градоначальника стражи столько же. Ещё и ополчение, оно тоже ему подчиняется. Молодого регоя слушали, пока все его люди были на ногах. А сейчас вообще отмахиваются. Он и рад бы увести людей, да не может. Вот и послал меня за помощью.

Я помолчал, обдумывая услышанное. Затем спросил прямо:

— Сколько у тебя денег?

Рехт замялся. Было видно, что ему неловко говорить о сумме при посторонних, но выбора не оставалось. Он проговорил, тщательно выговаривая каждое слово. Будто боялся, что его как-то неправильно поймут:

— Мне выдали тысячу золотых. Надо было побольше людей нанять… Хороший отряд, чтобы хватило отразить ещё один штурм. Только никто не соглашался. Только один отряд сторговался. Там двадцать человек, и каждый взял по пять золотых. Итого я потратил сотню. Осталось девятьсот.