Книга Психотерапия для демонов, страница 39 – Александра Власова

Я благодарна парням за тактичность, но она не поможет понять, как дальше жить.

Следующие дни я провожу как в тумане. Хожу в школу, механически заучиваю параграфы учебников, то и дело получаю нагоняи от мамы за то, что сбежала с праздника слишком рано. Не помогла ни накрыть столы, ни вымыть посуду, ей пришлось все это делать одной.

— Я рада, что у тебя есть друзья и личная жизнь. Но нужно же и о матери не забывать! Я вот тебе помогаю с ужином, когда Эрик в гости заходит! Кстати, где он? Неужели поссорились?

В мамином представлении все сводится к увеселительным прогулкам с друзьями и пустяковым ссорам между влюбленными.

В ее мире все просто. Я смотрю на маму, на одноклассниц, главная проблема которых – выбор лака для ногтей или отсутствие денег на новый смартфон, и впервые, с тех пор как столкнулась с магией, им завидую.

Лиза приходит почти каждый день. Она искренне пытается меня растормошить: приносит книги, рассказывает истории об их с бабулей магической практике, пытается вытащить на посиделки с друзьями.

Подруга предлагает встретиться не в заброшке, если от магии и ритуалов сейчас тошнит, а как нормальные люди – на кухне, заказать пиццу, роллы и весь вечер смотреть мои любимые фильмы.

Но мне не до встреч с друзьями.

Да и общение с Лизой проходит натянуто: как ни пытаюсь себе объяснить, что подруга хотела меня защитить, все равно чувствую – это она виновата в нашем с Эриком разрыве.

— Да пойми ты, – раз за разом убеждает меня Лиза, – когда им завладеет сущность (а в случае Эрика это будет не «если», а «когда»), он превратит твою жизнь в ад. Думаешь, мы с бабушкой мало чистили бывших девушек таких мамкиных колдунов? Первое, что пошатнется, – это твоя психика, здоровье, а дальше…

Подруга начинает самозабвенно рисовать картины ада на земле, что непременно устроил бы мне Эрик. От Лизиных утешений становилось еще хуже, поэтому в один день я просто не открыла ей дверь.

Но ведьмочка все равно умудряется передавать через одноклассниц домашнее печенье и бабушкины пирожки.

Эрик приходит через неделю. Когда я слышу в домофоне его дыхание, не могу сдержать клокочущую радость в груди. «Алика, остановись, – осаждаю себя. – У Эрика был выбор. И выбрал он не тебя».

Но голос парня звучит так виновато…

— Можно я поднимусь? – умоляет любимый. – Только отдам небольшой прощальный подарок. Не волнуйся, если не понравится, можешь не принимать.

— Поднимайся, – сиплю я.

В его руках пушистые светлые тапочки – олицетворение домашнего тепла и уюта.

— Чтобы ножки не мерзли, – смущенно протягивает их парень. – Носи их, пожалуйста. Даже если больше не хочешь меня видеть, все равно носи. Мне не по себе оттого, что ты все время ходишь босиком.

Слышу, как под его курткой кто-то пищит. Эрик расстегивает молнию, и из-за пазухи выползает маленький рыжий котенок. Малыш испуганно таращит на меня огромные голубые глаза и уморительно шевелит усами. Такого мы хотели завести, когда станем жить вместе.

— Я нашел его в подъезде. Он плакал, видимо, совсем оголодал. У меня оставить нельзя, сама понимаешь, вот и подумал, может, твоя мама позволит приютить его?

Против воли вырывается ласковая улыбка. Я беру котенка на руки, прижимаю к груди и чувствую, как бьется маленькое сердце. Рыжее чудо начинает тихонько урчать.