Книга Психотерапия для мертвеца, страница 135 – Александра Власова

Не только «помощница» умеет читать эмоции до того, как собеседник откроет рот. Связь между нами стала настолько плотной, что я чувствую: мою прекрасную подругу что-то гнетет, и это «что-то» находится на земле.

А потом призрак внезапно бросает меня. Одиночество длится всего пару мгновений – бестелесным созданиям, для того чтобы переместиться в любую точку пространства, достаточно лишь секунды.

Чую: она навещает кого-то из близких. Кого-то, кто упорно будит давно забытую человечность… Мне передается досада спутницы – отвлекли в неподходящий момент! – и одновременно старая любовь к существу, которое посмело потревожить посмертный покой.

Моргаю и после того, как открываю глаза, подруга вновь появляется. Она выглядит отрешенной и безучастной. Но теперь я знаю: «эльф» может быть иным. С губ срывается вопрос, который я хотела задать очень давно:

— Скажи, ты действительно считаешь, что наш мир ничего не стоит? Хочешь его покинуть?

Лиза

Дверь квартиры, где живет Алика, открывает ее мама. В первые несколько секунд я ее даже не узнаю – женщина похудела и постарела. При виде друзей дочери лицо хозяйки озаряется надеждой. Мы задаем друг другу один и тот же вопрос:

— Вы не видели Алику?

Мама подруги разочарованно вздыхает и приглашает на кухню – здесь царит хаос: раковина завалена грязной посудой, на плите присохло подгоревшее молоко. Мда, если аккуратист плюет на уборку, дело действительно плохо.

Хозяйка заваривает нам чай и делится новостями. Оказывается, Лика ушла из дома. Ее мать обзвонила всех, чьи контакты смогла найти: подружек из университета, Андрея и даже Эрика.

Никто не видел девушку последние две недели – и на занятиях она не появлялась. Мама Лики уже ходила в полицию. Заявление приняли, но пока нет никаких новостей – ни о живой дочери, ни о мертвой. Женщина закрывает лицо ладонями и начинает рыдать – тихо и скорбно. Чую, она что-то недоговаривает.

Осторожно беру хозяйку за руку.

— Вы поссорились с дочерью? – не могу точно сказать, откуда я это знаю. Возможно, дело в том, что женщина держится, как ребенок, ожидающий наказания. А может, не зря бабушка столько лет заставляла тренировать чуйку.

— Да, – кивает собеседница, и ее лицо искажается гримасой невыносимой боли. – Наговорили друг другу много ужасных вещей. Я вернулась вечером, хотела извиниться, принесла торт-мороженое. Мы всегда ели крем-брюле, после того как ругались, – голос хозяйки дрожит. – Но когда пришла, Лики уже не было. И телефон не отвечал. Она даже не оставила записки! Скажите, – ее взгляд тяжелеет от тревоги, – вы знаете, где моя девочка может быть?

Сожалею, но нам нечем успокоить маму подруги. Сто раз заверив, что поделимся любыми сведениями о Лике, если они появятся, вежливо сворачиваем разговор и уходим.

После того как за нами закрывается дверь, Никита останавливается и шепчет заговор. Обычно таким заклинанием убаюкивают капризных детей, но, думаю, оно способно уложить в постель и взрослую женщину.

Вскоре мама Лики почувствует кратковременное облегчение – внезапно ей станет тепло и спокойно. Измученная женщина приляжет на кровать – на одну минутку – и не заметит, как пронесутся часы.

После того как с небольшим ритуалом покончено, мы усаживаемся на скамейку возле дома. Поиск людей – особое направление в магии, которым занимаются очень немногие. Для успеха нужны специфические навыки, которых ни у меня, ни у Никиты, конечно же, нет.