Книга Пульс темной магии, страница 127 – Александра Власова

Пусть Алика никогда не была ее частью и не имеет отношения к всему, что «клиентка» натворила, ведьме проще понять ее, чем кого-либо. Войти в положение, вжиться в роль – ведь сама Алика переживала практически то же прошлое, но сейчас ростки жалости окончательно загибаются. Из-за Сновидицы пострадал целый город, сволочь шантажировала Алику и пыталась убить ее маму.

Колдунье плевать и на то, что она пережила в прошлом, и на то, какие страдания испытывает в настоящем.

«Наверное, про меня невозможно снять супергеройский фильм», – горько улыбнувшись, думает Алика, потому что ей, быть может, впервые, становится безумно жалко собственную жизнь, которая только-только начала налаживаться.

Будущего с Никитой, что они успели так опрометчиво намечтать. Сбылось бы оно? Неизвестно. Если магическая практика и научила Лику чему – это осознанию, насколько непредсказуемой бывает человеческая судьба. Но когда ведьма исчезнет, их совместное счастье точно не осуществится. Не будет ни тихих вечеров вдвоем, ни свадьбы, ни малыша…

Самое ужасное, Алика жертвовала не только собой. Восходя на алтарь, она всякий раз утягивала туда и людей, с которыми ведьма соприкасалась. Последний подарок от магического видения – перед глазами колдуньи проносится наиболее вероятное будущее, которое наступит теперь. В ушах звучит безутешный плач Лизы, она первая обнаружит тело.

Удар окажется сильнее, чем Алика могла бы предположить. Пережитое надломит Лизину и без того травмированную психику – подруга уже никогда не сможет стать прежней.

Мама будет долго отказываться верить в случившееся – твердить, будто произошла ошибка. У нее никогда не было Альцгеймера, подозрения врачей оказались ложными, но теперь он настанет. Потеря памяти окажется последней защитой разума от самой страшной утраты.

Никита – зачем дар мучает ведьму, показывая, что произойдет с ним? – сидит возле могилы. Его мужественное лицо начинает меняться: глубокие морщины рассекают кожу, глаза тускнеют.

Пройдут десятилетия – волосы демонолога покроет седина, а он так и не сможет оправиться и по-настоящему впустить другую женщину в свою жизнь. Образ любимой колдуньи будет отточен до идеала, возведен на пьедестал, обрастет кучей иллюзий из-за несбывшихся надежд и не свершившейся совместной жизни…

Алика не заслуживает такого, Никита не заслуживает, никто не заслуживает. Ведьма хочет закричать «НЕТ!», но связки ей больше не подчиняются. Приоткрытые губы Сновидицы – последнее, что Алика видит, прежде чем погрузиться во тьму.

Личная жизнь

Смерть почему-то пахнет Лизиными цветочными духами. Приподнимаю ставшие свинцовыми веки. Перед глазами расплывается лицо подруги.

Ее губы сжаты, фигурка напряжена. Светлые волосы бликуют в свете лампы, они кажутся немного похожими на нимб. Лиза тоже умерла? Сновидица и ее поглотила? Неспроста же она когда-то лезла к дочери колдуньи. Хочется что-то сказать, но во рту пересохло. Сколько времени я здесь пролежала? Голос получается с хрипотцой, будто прокуренный.

— Что ты здесь делаешь?

— Я звонила, но ты, как всегда, не брала трубку. И опять оставила дверь открытой. Зайка, это становится тенденцией, – в тоне подруги проскальзывают так раздражающие меня в обычное время дидактические нотки, но даже они в этот миг кажутся ужасно милыми, – не удивлюсь, если однажды ты станешь жертвой, но не злобного демона, а домушника.