Книга Ночница. Коллекция ужасов, страница 79 – Антон Мамон

Мордобой прервался выстрелом из пистолета. Кудрявый юнец, его затеявший, рухнул на землю со странным выражением лица. Смесь удивления и страха. Совсем еще ребенок. Точнее, волчонок, что уже наверняка успел отведать живой плоти и впредь не смог бы остановиться. Пуля прошила его сердце. Мгновенная смерть. Подельники убитого бросились врассыпную без оглядки, падая и вновь поднимаясь, тяжело дыша и повизгивая, как падальщики при виде живого хищного зверя. Тем зверем оказался Денис, начальник службы безопасности по прозвищу Блоха. В тот миг он принял верное решение, но вряд ли был искренне этому рад…

— Передвигаемся предельно осторожно, избегаем столкновений. Люди сейчас на грани нервного срыва, терять им больше нечего, – произнес Блохин и поставил пистолет Макарова на предохранитель.

— Что делать, если нас атакуют? – уточнил высокий блондин, месяц назад устроившийся инженером-технологом.

— Бежать, – хладнокровно и без раздумий отозвался Денис. – Лучшая драка – это та, которой не было.

— Согласен. Нельзя рисковать. Нас и так не шибко много, – подметил Прошкин, заправляя шнурки в ботинки.

Добровольцы покинули здание за час до обеда. Голодными, но выспавшимися, то есть в лучшей из боевых форм. Путь предстоял неблизкий: добрых пять с половиной километров по Московскому проспекту с поворотом на Садовую до легендарного Гостиного Двора, где вновь, как в старые добрые времена, собирались менялы всех мастей. Эти бесстрашные создания круглые сутки околачивались на площадях в надежде заработать деньги. Те самые деньги, что стали бесполезнее фантиков.

— Все не могу привыкнуть к туману, – глухо донеслось из противогаза.

— Эх, если бы это был туман! – покачал головой Алексей Михайлович. – Этот смог – настоящий коктейль из ядов. Смертельно опасная отрава. Не вздумайте даже на секундочку снять защиту.

— Куда уж там! Мне рассказали, что если долго вдыхать пепел, он превратится в цемент, смешавшись со слизью в легких. И все, хана! – коснулся мембраны Денис.

— Все так, – кивнул Светлов. – Микрочастицы пыли и песка может сдержать только хороший респиратор. Медицинские маски не помогут. Если проявишь неосторожность, забьются бронхи и наступит удушье.

— Хрен там! – отмахнулся Блоха. – Я, может, только жить начал! Смерть не входила в мои планы!

— Главное, чтобы ты не входил в планы смерти… – мрачно подытожил Алексей Михайлович, обгоняя коллег.

В задымленном городе, где асфальт хрустел разбитыми стеклами, с трудом узнавался величественный Санкт-Петербург. И без того пасмурная столица пропиталась мертвенной серостью. Из-за скопления пепла в атмосфере солнечный свет больше не доходил до поверхности Земли. Он тормозил где-то там, натыкаясь на плотный щит из углекислого газа, сероводорода и метана. В любой момент эта гадость могла пролиться кислотным дождем, но и до тех пор вредила не меньше, создавая вечные сумерки и холод позднего октября в середине лета.

Прошкин знал об этом явлении: так называемый антипарниковый эффект – одно из последствий ядерной войны, что еще ребенком он увидел в фильме Константина Лопушанского «Письма мертвого человека». Тогда, в конце восьмидесятых, он и подумать не мог, что столкнется с чем-то столь же грандиозно-ужасным в реальной жизни.

Но пришла зима. Вулканическая зима. Температура по всей планете отступила от нормы почти на десять градусов. А это означало лишь одно: продовольственный кризис и, как следствие, неминуемый голод. Даже незначительные климатические изменения в 1816 году, когда столбики термометров лишились пары-тройки градусов, привели к катастрофе по всему миру: Германия утопала в наводнениях, Швейцария расчищала сугробы в июне, Англия в панике скупала зерно, а Ирландия массово вымирала от череды эпидемий. О том, что случится на этот раз, было страшно подумать. Посему Александр гнал прочь фантазии о будущем: не было в них больше ни смысла, ни утешения.