Книга Отпечатки, страница 34 – Антон Мамон

— Я подумаю. – Денис взглянул на цветущую жену, которая уже возвращалась и издалека махала ему рукой.

Записка переместилась в задний карман джинсов. Симонов взял беременную супругу под локоть и повел к машине. Напоследок он бросил короткий взгляд на Яну. В нем читалось: «Пожалуйста, не натвори глупостей!» Князева кивнула в ответ и продолжила сидеть на лавке, рассматривая погрызенные ногти на левой руке.

— О чем говорили? – Рита прихорашивалась, глядя в крошечное карманное зеркало.

— Так, ни о чем… Князева помочь просила, по работе. Ерунда всякая.

— И? – Она недоверчиво покосилась на мужа.

— Что и?

— Поможешь?

— Еще не знаю, – честно признался Симонов.

— Она тебя втягивает в какую-то мутную историю, я прям чувствую.

— Ну, очевидно, Яна не сдастся. С моей помощью или без нее продолжит копать. Так что, может, и имеет смысл за ней приглядывать.

— Знаешь, она неплохая. – Рита захлопнула зеркальце. – Только свои интересы и свою правду всегда ставила превыше всего. Такой она человек.

— Малыш, расслабься, умоляю. Я воробей стреляный, и вообще – мне не впервой.

Рита недовольно хмыкнула и отвернулась. Ей явно не нравилось происходящее, но спорить с мужем-полицейским она не могла. В конце концов, он главный в доме, а еще ее покровитель и защитник. Не наоборот.

— Это не кончится ничем хорошим.

— Рит…

— Денис, пообещай, что будешь осторожен и не станешь рисковать собой ради Яны?

— Милая…

— Я серьезно. Пообещай! Ради меня и нашего будущего ребенка.

— Клянусь, – серьезно произнес Симонов.

— Чем?

— Сердцем матери, – произнес Денис и заключил ладонь Риты в свою.

* * *

Скрупулезно перебирая листы, Яна вглядывалась в лица и вчитывалась в фамилии. Мужчин на распечатках она когда-то знала, но уловить в их внешности что-то знакомое стоило огромных усилий. Без малого двадцать прошедших лет основательно их помотали, оставив на лицах глубокие морщины, уродливые шрамы и горькие ухмылки. Все они – баторские отродья. Жизнь разбросала их по разным уголкам страны, но не изменила. Так что каждый оставался под подозрением.

— Ну что, мисс Марпл, уже знаете, кто убийца? Садовник? Дворецкий? – Денис неумело изображал английский акцент.

— Очень смешно. – Яна дочитывала последнюю анкету.

— То, что ты рассказала про Иртеньева… Это же совсем ни пришей ни пристегни!

— Как посмотреть, – скривила губы Князева.

— Да как ни посмотри. Тут убийства, а там несчастный случай. Это никак не свяжешь.

— Или кто-то очень хорошо постарался, маскируя убийство под несчастный случай…

— Кто? Кому этот алкаш старый нужен?

— Тому, кто довел его от парка до дома и включил газ.

— Выдаешь желаемое за действительное. – Симонов хлебнул остывшего чая. – Это трагедия, конечно, но не криминал.

— Да? Разве? Сначала Иртеньевы, потом Калинины, теперь Васильевы, и одному богу известно, что дальше.

— Ну а эти бродяги тебе на кой? – Денис взглянул на бумаги, аккуратно сложенные стопочкой.

— Это те, кто воспитывался в Баторе во времена Иртеньева, Калинина и Васильева. Если убрать иногородних, тех, кто сидит сейчас, инвалидов и мертвецов, останется всего трое. – Яна передала листы Денису. – Все подозрительные, с приводами в полицию.

— Мотив? – Симонов взялся изучать выписки из дел.

— Калинин и Васильев за смотрящих были, их весь Батор ненавидел.