Онлайн книга «Идеальное преступление»
|
— Водичку. Будешь? — Нет, спасибо. – Она снова сверилась с записями в телефоне и продолжила: – А насчет той редакторши – так это тоже чистая выдумка. Диванные литературоведы из интернета сразу уловили твою отсылку к «Преступлению и наказанию»: в доме, где ты якобы совершил преступление, должна была, по Достоевскому, располагаться квартира, где жила старуха-процентщица, а имя, которое ты придумал для вымышленного персонажа, – Василь Кронко – анаграмма фамилии «Раскольников». — Как складно-то все получается, – засмеялся я. – Но если на самом деле я ничего этого не совершал, то почему я тут сижу уже второй месяц? — Потому что следователь не уверен до конца, что это вымысел. Он считает, что ты все же можешь быть причастен к смерти курьера или еще кого-нибудь. Возможно, твоя книга – всего лишь отвлекающий маневр, а на самом деле ты убил других людей и за другие прегрешения. А может, ты вообще убивал просто так. Следователь считает, что ты тот еще психопат и способен на безумства и ухищрения. В интернете, как я уже говорила, появилась группа, где считают, что ты выдающийся маньяк, и чуть ли не поклоняться тебе готовы, а есть и еще одна, о которой я говорила ранее, где тебя мечтают сжечь на костре за то, что ты сделал с Филли. И те и другие ищут книги. Первые – чтобы завладеть редкими трофеями, вторые – чтобы их уничтожить. Есть и такие, кто приписал тебе уже десятка три различных убийств. А большинство говорит, что ты просто захотел быстрой славы и все это придумал. Недавно я увидела новость, что в этом месяце пятнадцать семей назвали своих детей Нурдинами, и еще сотни писали в комментариях, что тоже планируют. Также я слышала, что к тебе уже наведалось несколько именитых интервьюеров. Это правда? — Было дело, – улыбнулся я. – Но я сказал им, что истина стоит денег и все подробности расскажу только за пятьсот тысяч. Не то чтобы мне очень нужны эти деньги – просто интересно, действительно ли кто-нибудь готов заплатить полмиллиона за бредни психа. Сказали, что подумают. — Псих – это точно про тебя, – покачала головой Вера. — То, что говорит следователь, общественность и мои сокамерники, я и так знаю. Ничего нового ты мне не сообщила. Но что ты сама обо всем этом думаешь? — Я не знаю, Нур, – вздохнула Вера. – Я очень устала. Сначала меня мучили все эти репортеры, блогеры и твои фанаты. Потом следователь. Теперь ты. Почему ты думаешь, что я могу об этом что-то знать? Мы разъехались, когда у тебя начался этот психоз, или как это назвать… Как я могу что-то знать о твоих темных делах? — Я не сказал, что ты знаешь. Я спросил, что ты думаешь. Меня ведь ты знаешь – значит, должна иметь какое-нибудь мнение. Выскажи его. — Раньше я думала, что знаю тебя, но теперь… Я вообще не уверена, что ты тот человек, за которого я вышла замуж. Ты очень изменился и поэтому только тебе известно, что творится у тебя в голове и каких тараканов ты от меня там прячешь. Ты сводишь с ума следователя и своих поклонников, читателей и СМИ, но, может, хватит уже морочить всем голову? Чего ты хочешь этим добиться? Ты понимаешь, что тебя могут держать тут еще много месяцев или вообще в тюрьму посадить? Расскажи правду. Как все было на самом деле? – умоляюще произнесла Вера. — Во-первых, здесь меня вряд ли будут долго держать. СИЗО ломится от политзаключенных, собранных на последних митингах… |