Книга Умри тихо, мой ангел, страница 82 – Андреас Гётц

После того как Саша прочел это, он поднял глаза.

— Ну и?

— Что значит «ну и»? — Бруно буквально вырвал у него из рук дневник Алины. — Этот тип лапал Алину, если ты меня спрашиваешь! Вот это место: Его руки, как они ко мне прикасаются. Или вот здесь: Он прикасается ко мне, гладит меня, целует. И здесь: Он такой нежный, такой чуткий. Ежу понятно, что там происходило!

— Я смотрю на это иначе. — Саша старался хотя бы внешне оставаться спокойным, но у него в душе все протестовало против обвинений Бруно. Ни за что на свете Андрош не стал бы склонять к интимной связи своих пациенток. Только не тот Андрош, которого он знал. Этого не должно было быть. Этого не могло быть. — Ведь ты же сам говорил, что Алина жила в мире грез, не так ли? Значит, это всего лишь ее фантазии. Нигде не написано, что все это произошло в действительности.

— А как насчет вот этого: Мы должны быть осторожными. Никто не должен узнать о нас. О нашем счастье. Иначе оно закончится. Мы двое любящих людей, которым не суждено быть вместе. Ведь этим все сказано! — Бруно постучал указательным пальцем по раскрытой тетради.

— …двое любящих людей, которым не суждено быть вместе, — повторил Саша. — Для меня это звучит так, что между ними ничего не произошло, не так ли?

Но казалось, что и это не убедило Бруно.

— Конечно, Алина была мечтательницей. Иногда она настолько увлекалась своими фантазиями, что начинала считать их реальностью. Но одно абсолютно ясно: она была по уши влюблена в этого Андроша. А что, если этот тип воспользовался влюбленностью Алины и соблазнил ее? Это же возможно.

Бруно положил руку на дневник, нежно погладил его, словно вместо бумаги его пальцы прикоснулись к волосам сестры.

— Может быть, она покончила с собой только потому, что не смогла справиться с тем, что этот тип ей причинил.

Из уважения к горю Бруно Саша до сих пор еще сдерживался, но теперь его терпение лопнуло.

— Ты не в своем уме! Выдвигаешь такие обвинения только потому, что Алина дала волю своей фантазии! Мне самому очень жаль ее, и я понимаю, что ты ищешь виновного в ее смерти, но это уже заходит слишком далеко.

Бруно выпрямился во весь свой немалый рост и непонимающе посмотрел на Сашу.

— Почему ты защищаешь этого типа?

Джой не рассказала ему, что он тоже ходил к доктору Андрошу на сеансы психотерапии?

— Потому что твои обвинения совершенно беспочвенны.

Прежде чем спор разгорелся еще сильнее, в разговор вступила Джой:

— Давайте сойдемся на том, что никто из нас не знает, что же произошло в действительности, и что Андрош невиновен, пока не доказано обратное. Значит, нет причины ссориться.

Бруно одним глотком допил свое пиво.

— Вам уже пора уходить? — спросил он. — В противном случае я закажу себе еще бокал.

В знак протеста Саша поднял руку.

— Если ничего больше нет, я ушел. Физика зовет.

— Мне тоже пора домой, — сказала Джой.

Бруно заплатил и за ее напиток. Они вместе покинули кафе.

— Не в обиду будет сказано, — пробормотал Бруно, когда они вышли на улицу. — Вероятно, ты прав и это все ерунда.

Саша почувствовал, что Бруно сказал это лишь для того, чтобы сохранить мир. Тем не менее он тоже сделал шаг навстречу.

— Да ладно, все о’кей. Я тоже слегка погорячился.

Бруно посмотрел на Джой, словно ждал от нее чего-то, однако она лишь сказала: