Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 93 – Пё Чанвон

Мэк пришел на пять минут раньше назначенного времени. В джаз-баре и среди персонала, и среди посетителей женщин было заметно больше, чем мужчин. Атмосфера показалась Мэку немного непривычной, ему даже стало несколько неловко. Все столики были заняты. Администратор спросила, бронировал ли он столик, и Ли Мэк назвал имя своей спутницы, его проводили к свободному столику в углу с табличкой «Бронь». Еджон опоздала на десять минут. Пока он ждал ее – в общей сложности пятнадцать минут, – Мэк слушал выступление джаз-банда на сцене. Он давно не бывал на живых концертах, и исполнение было по-настоящему виртуозным. Прозвучали его любимые композиции – DannyBoy, Desperado, и когда Bésame Mucho уже подходила к концу, кто-то легко тронул его за плечо.

— Прости, Мэк. Я ужасно опоздала, да? Это все Национальное собрание. Ты сам видел – по всяким совершенно пустяковым вопросам правящая партия и оппозиция вгрызаются друг другу в горло и только время тянут зря. Заседание закончилось позже, чем планировали, вот я и задержалась. Ты даже не представляешь, как я волновалась и радовалась по дороге сюда. А ты? Ждал встречи со мной? Тоже был взволнован увидеть меня впервые за столько лет?

— Конечно рад. Сама госпожа депутат нашла время на такого простого полицейского, как тут не радоваться!

— Если будешь продолжать называть меня «госпожа депутат», я встану и уйду! Я твоя подруга Еджон, Со Еджон. Ну-ка, давай, позови меня по имени: Еджон!

— Да как-то… А вдруг кто увидит?

— И что, если увидит? Я уже не при исполнении рабочих обязанностей – все, рабочий день окончен! Сейчас я не депутат Национального собрания, а твоя подруга Еджон. Пожалуйста, веди себя со мной свободно. Давай, назови меня по имени!

Мэк какое-то время молча смотрел на нее в упор, потом улыбнулся и протянул:

— Еджон, моя подруга Со Еджон!

— Вот так, правильно. Суровый парень, который хорошо дерется, мой старый добрый друг Ли Мэк!

К столику подошла официантка. Еджон заказала вино и закуски, но Мэк попросил фруктовый сок, сославшись на то, что он за рулем.

— Эх ты, по такому поводу можно и выпить. Мне будет неловко одной сидеть тут пьяной!

— У таких высокопочтенных особ, как госпожа депутат, может, и есть личный водитель, но нам, простому люду, приходится надеяться только на себя.

— Можно просто воспользоваться службой «Трезвый водитель». Я тебе вызову; давай все-таки пропустим по стаканчику, а?

— Мне нужно всегда быть наготове – вдруг где-нибудь случится происшествие? Сегодня ночью у меня еще и дежурство. «Трезвый водитель» ведь преступников за меня ловить не будет, а? В следующий раз обязательно выпьем.

— Есть, господин строгий полицейский. Кстати, тебя, наверное, смутило, что тут одни женщины?

— Да, немного.

— Название бара – «Артемида». Это богиня из греческой мифологии, символ чистоты и девственности. В женских сообществах это имя иногда используют в значении «убежище только для женщин».

— Вот почему тут так много женщин! Хотя, раз есть и мужчины, значит, это не совсем запретная зона для представителей мужского пола.

— Конечно нет. Поэтому я и позвала тебя сюда – ты же мой друг. Большинство мужчин, которые сюда приходят, даже не понимают, что это за место и значение его названия. Сначала их прельщает, что вокруг столько женщин, но после каждого визита сюда они начинают постепенно чувствовать неловкость – мужчины-то тут в меньшинстве. В такой атмосфере неудобно отпускать свои обычные грубоватые шуточки за выпивкой, вот им и становится не по себе. Обычно они в итоге перестают приходить, поэтому постоянных клиентов-мужчин тут мало. Зато все как один – настоящие джентльмены. Кстати, ты же помнишь Хунчана? Квон Хунчана.