Книга Палач, страница 37 – Юлия Захарова, Виктория Алекс

Молодой еще мужчина выглядел гораздо старше своих лет. Заросшее щетиной лицо, обрюзгшее тело, старые растянутые трико с мелкими дырочками на вытянутых коленях, мятая потная футболка. Под глазами пролегли темные тени, в уголках рта прорезались глубокие, не по возрасту, морщины. Марина даже отпрянула, увидев бывшего адвоката. По сравнению с фотографией из личного дела, сделанной чуть больше года назад, стоящий перед ними человек походил на дряхлого старика.

— Уголовный розыск, – Илья сунул хозяину в лицо удостоверение. – Нам необходимо поговорить с вами и вашей женой.

— Что? Неужели наше дело снова открыли? – губы Федора тронула едва заметная улыбка. – Они все там замешаны! Все! Особенно Нефедов! Мразь конченная! Надеюсь, он сдохнет в тюрьме!

— Сергея Нефедова убили несколько дней назад, – сообщила Марина, не отрывая взгляда от через чур возбудившегося мужчины. Было видно, что эта тема все еще причиняла ему сильную боль.

— Что? – Измайлова будто окатило ледяной водой. – Вы это серьезно?

— Это во всех новостях было, – развел руками Илья. Было видно, что он испытывает жалость к этому человеку, который имел все, и в одночасье все потерял.

— Мы давно перестали смотреть телевизор, – махнул рукой он. – Там одна сплошная ложь! Нас заставляют верить в то, во что им выгодно, чтобы мы верили. Не могу смотреть на эти лживые гнусные рожи!

— Это вы о ком? – поинтересовалась Марина.

— Да обо всех, – снова отмахнулся Федор Измайлов. – Так, о чем вы хотели поговорить?

— Об убийстве Нефедова, – честно призналась Марина.

— Подождите… – до хозяина дома начало доходить. – Вы же не думаете, что я к этому как-то причастен?

— Где вы находились в ночь с пятницы на субботу? – вклинился в разговор Илья.

— Здесь. Дома, – Измайлов попятился назад. – Я был дома. Со своей женой. Она может подтвердить. Мы вообще почти не выходим из дома в последнее время!

— Федор, успокойтесь. Мы вас ни в чем не обвиняем! – Марина старалась, чтобы ее голос звучал ровно, но от вида этого сломленного человека противно защипала в носу.

— Пока, – добавил Илья. Он хотел сказать еще что-то, но поймал упреждающий взгляд Марины и замолчал.

— Мы даже не знали, что он умер! Клянусь! – у Измайлова затряслись руки. – Клянусь…

— Мы вас ни в чем не обвиняем, – повторила Марина. – Можем мы пройти в дом и поговорить? Мы ищем убийцу, и возможно, ваши показания могли бы нам помочь. У Нефедова ведь были враги?

— Уверен, что целая армия, – усмехнулся Измайлов. – Я же говорю, гнусный человек! Был… Ладно. Проходите.

Он потянул на себя калитку и отступил назад, впуская Илью и Марину во двор.

— Оля отдыхает. Я ее разбужу.

Федор проводил следователей в дом, а сам поднялся по лестнице на второй этаж. Марина осмотрелась. Дом был чистым и, видимо, когда-то довольно уютным. На стенах среди выцветших обоев выделялось несколько более ярких прямоугольников. Видимо, там висели когда-то картины. Кое-где будто не хватало мебели. В пустой угол явно просилось кресло. И Марина решила, что когда-то оно там и стояло, но ушло к какому-нибудь антиквару вслед за картинами.

Скорее всего хозяин не врал. После гибели ребенка и разрушения бизнеса, пара, видимо, действительно вела отшельнический образ жизни, проедая нажитое имущество.

— Вот… Это следователи. Хотят с нами побеседовать, – услышала Марина голос хозяина с лестницы, и обернулась.