Книга Палач, страница 17 – Юлия Захарова, Виктория Алекс

— Да. Самые близкие. Они начинали вместе еще в девяностых. Владимир Клюев, Михаил Бармин и Игнат Шапиро. – Елена помолчала. – Сергей с ними советовался по всем важным делам.

Марина и Илья переглянулись. Клюев, Бармин, Шапиро – имена, которые гремели в городе. Клюев – депутат городской думы, куратор финансового комитета. Бармин – крупнейший застройщик, который получал все выгодные подряды. Шапиро – заместитель прокурора области, человек, который, по слухам, уже примерял кресло самого прокурора. И все трое – связаны с убитым директором мясокомбината, который двадцать лет назад выкупил завод за копейки.

— Елена Викторовна, – сказала Марина, – мы бы хотели осмотреть кабинет Сергея. И его личный компьютер. Может быть, там есть какие-то письма, сообщения, угрозы.

— Осмотреть можете, – Елена кивнула. – Но компьютер... его уже забрали.

Марина насторожилась.

— Кто?

— Утром приехали люди Шапиро. Сказали, что это нужно для экспертизы, что Сергей был их партнером и они хотят помочь следствию. Я не стала препятствовать.

Марина снова посмотрела на Илью. Тот чуть заметно покачал головой – он тоже не знал об этом.

— Ясно, – сказала Марина ровно. – Тогда хотя бы кабинет.

Елена поднялась и жестом пригласила их за собой. Охранник в арке не пошевелился, только проводил их взглядом.

Кабинет Сергея Нефедова располагался на втором этаже, в торце длинного коридора, увешанного картинами в тяжелых рамах. Дверь была массивной, дубовой, с латунной ручкой в виде львиной головы. Елена открыла ее и отошла в сторону.

— Я буду в гостиной. Если понадоблюсь – позовите.

Она ушла, а Марина и Илья вошли внутрь.

Кабинет был шикарен – темное дерево, кожаные кресла, огромный письменный стол на львиных лапах, книжные шкафы во всю стену. На полках – собрания сочинений классиков, кожаные переплеты, которые явно никто никогда не открывал, и несколько дорогих статуэток: бронзовый орел, каменная сова, античная богиня с весами.

— А он себе ни в чем не отказывал, – хмыкнул Илья, оглядываясь.

— Не отвлекайся, – сказала Марина, подходя к столу.

Они обыскали кабинет методично, как учили. Каждый ящик, каждая полка, каждая папка. Документов было много – контракты, счета, накладные, – но ничего криминального. Ничего, что указывало бы на угрозы или конфликты.

Марина уже почти отчаялась, когда ее взгляд упал на бронзового орла. Что-то было не так. Она подошла ближе, пригляделась. И заметила – в правом глазу орла едва заметная точка. Слишком правильная, слишком круглая, чтобы быть дефектом отливки.

— Илья, – позвала она тихо. – Подойди.

Он подошел. Марина указала на глаз орла. Илья присвистнул.

— Камера?

— Похоже на то.

Она аккуратно взяла статуэтку, повертела в руках. Камера была вмонтирована мастерски – почти незаметно. Проследив взглядом за тончайшим проводом, который шел от статуэтки вниз, в ножку письменного стола, а оттуда – в стену, они обнаружили миниатюрную станцию, замаскированную под тома Достоевского. Тонкая коробка с антенной, разъемами и слотом для карты памяти.

— Умный мужик, – сказал Илья. – Встречался с такими волками, а сам их записывал.

— Или собирал на них компромат, – поправила Марина, аккуратно извлекая карту памяти. – Шантаж – любимый инструмент людей, которые боятся, что их могут кинуть.