Книга Мама, страница 98 – Алина Дягилева

Лина пригляделась к баночке. Но ей не нужно было читать, что на ней написано, она и так это прекрасно знала. Эти ярко-синие таблетки нельзя было ни с чем спутать.

— Что это, Лина, я спрашиваю тебя? – повторил Алекс громче. Взгляд его был стальным, она никогда не видела такого взгляда у него раньше.

— Это берлинская лазурь, – тихо ответила Лина.

— Что? – Алекс изумленно посмотрел на нее. – Это Ферроцин, Лина!

— Ну да, я знаю, еще его называют берлинская лазурь.

— Ты с ума сошла? Какая разница, как его называют? Ты что, давала его Нике?!

— Нет, конечно! – лицо Лины вспыхнуло. – Ты сам с ума сошел, наверное! С чего мне давать его Нике?!

— Тогда что он делает в коробке с ее лекарствами?

— Господи, я да я просто убрала его, чтобы она не нашла и не съела! Эти таблетки так на конфетки похожи! Дети вечно едят, что нельзя, сам знаешь. Вот я и убрала его в ящик с лекарствами, он всегда высоко лежит в шкафу, где она не достанет. Как тебе вообще в голову пришло, что я его ей могла дать!

— Лина, зачем тебе вообще Ферроцин? Ты хоть знаешь, что это? Этот препарат используют для выведения радиоактивных элементов, почву очищают от заражения таллием, цезием, ты знаешь это? Зачем ты держишь это дома? Да еще в Никиной коробке?!

— Да я себе это купила! – воскликнула Лина. – Как ты не понимаешь? Это вообще к Нике не относится, я просто спрятала это от нее.

— Зачем ты это купила?

— Да чтобы цианотипией заниматься!

— Циано чем??

— Цианотипией! Это такой вид художественной фотографии. Там нужна берлинская лазурь, ее нелегко найти, а Ферроцин – это и есть берлинская лазурь, и он в аптеке продается. Вот я и купила. Если эти таблетки растворить в воде, то должен получиться как раз нужный раствор. Давно уже хочу попробовать, да все руки не доходят.

— Лина, тут явно не полная банка.

— Ну да, я пробовала уже сделать раствор. Но до самой фотографии так и не дошла, – Лина вздохнула. – Ника опрокинула раствор на пол, еле отмыла все. Решила в другой раз попробовать, когда она спать будет.

Алекс с сомнением смотрел то на Лину, то на банку с таблетками. Потом повернулся к дочери, которая уже сама стянула с себя комбинезон и сидела на полу, разглядывая упавшие баночки и коробочки.

— Ника, – Алекс присел на корточки рядом с девочкой, – мама давала тебе эти таблетки? – он показал ей банку. Ника взяла ее в руки и покрутила перед глазами, потом засмеялась и отдала обратно папе.

— Неть! – сказала она и засмеялась. – Красивые, как конфетки! Можно съесть?

— Нет, конечно, – Алекс убрал банку на стол. Лина смотрела на него возмущенным взглядом.

— Ты что, не веришь мне? Да она даже и не смогла бы проглотить такую таблетку! Я ей даю только капли и порошки. Она не умеет пить таблетки.

Лина, поджав губы, стала собирать лекарства обратно в коробку. Алекс стоял посреди кухни и растерянно следил за ее действиями. Его обуревали сомнения. Неужели он напрасно обвинил жену бог знает в чем? Неужели это ошибка? Но как же так могло получиться? Он вновь посмотрел на Нику. Лишившись игрушек, она снова подошла к папе и заглядывала ему в глаза.

— Поиграешь со мной?

Алекс вновь опустился рядом с ней на корточки:

— Мне надо вернуться на работу. Давай поиграем вечером.

Лина саркастически хмыкнула. Обычно Алекс возвращался, когда дочь уже спала. Алекс добавил: