Книга Люди за спиной. Том 1, страница 16 – Александра Маринина

— Договорились. С кем идешь? С Мишаней?

— Если бы! – вздохнула она. – С клиентом.

— С тем лысым?

— Ага, с ним.

— И завтра тоже с ним?

— Нет, завтра вообще с незнакомым типом, но есть шанс, что он может что-то рассказать о пропавшей. Шанс мизерный, но надо пытаться.

— Ладно, дома отчитаешься. Чего тебе пожелать? Удачи?

— Самообладания, – улыбнулась Настя. – Вчера я ляпнула бестактность не подумавши, хотелось бы не повторить ошибку.

— Все равно ведь повторишь, – рассмеялся в трубку Чистяков. – А то я тебя не знаю.

Она хотела еще спросить, что Лешка собрался готовить на ужин, но не успела: появился Шебалин, вышел из такси, элегантный, статный. Да уж, с таким ярким спутником действительно приятно находиться в общественном месте, Ксения Мартьянова не прогадала.

— Покажите мне галерею с фотографиями, – попросила Настя, когда они разделись в гардеробе.

Галерея – это, конечно, громко сказано, но стена с портретами имелась, как и положено театру.

— В каком месте Людмила сказала, будто побывала дома?

— Ближе к концу, вон там, – Шебалин указал в самый дальний угол помещения, где после портретов на отдельном стенде висели фотографии с репетиций и премьер, снимки сцены с декорациями, репортажи и групповые фото.

— Оба раза именно там?

— Да.

Они подошли поближе, Настя достала телефон и старательно запечатлела каждую фотографию со стенда, а также несколько крайних портретов. Потом на всякий случай перефотографировала все, что висело на стене. У нее появилась одна мысль, ей хотелось как можно скорее ее проверить, но прозвучал второй звонок, пора было идти в зал.

Спектакль ее не особо впечатлил, но, возможно, дело было в том, что она не переставала думать о работе, отвлекалась от действия и игры актеров, упускала многое из происходящего на сцене.

— Вы уже видели этот спектакль раньше? – спросила она у Шебалина в антракте.

— Нет, я не был здесь с тех пор, как Людмила перестала обращаться в агентство. Другие дамы в «Окраину» не ходят, они предпочитают более известные подмостки. Этот спектакль – явно премьера последнего года, даже, пожалуй, полугода.

— Откуда такая уверенность?

— В программке указано имя режиссера – Юрий Дебор. Я слышу о нем впервые, раньше он в этом театре не ставил.

«Надо же, – подумала Настя. – Людмила исчезает, зато появляется новый режиссер Юрий Дебор. Может, это что-нибудь означает? Но что? В голову не приходят никакие варианты. Эх, Карину бы сюда! Вот уж у кого фантазия и умение из двух фактов сложить целую историю!»

— Как вам спектакль? – поинтересовался Шебалин. – Нравится?

— Не поняла, – честно призналась Настя. – Я не очень внимательно смотрела. Вы же понимаете, я здесь на работе. Да и вообще, театр люблю, но совершенно не разбираюсь. А вы что скажете?

Олег Витальевич посмотрел на нее пристально и усмехнулся.

— Не стану читать вам обширную лекцию, это сейчас неуместно, что очевидно. Но режиссер многообещающий, очень перспективный, это я могу с уверенностью утверждать. Пьеса как таковая крайне слабая, но у этого автора и нет хороших пьес, в толк не возьму, почему его так охотно ставят. Впрочем, что ж, тематика модная, злободневная, имя драматурга на слуху, обласкан властями, на это и клюют, и каждый режиссер пытается из слабого текста выжать все, что можно. А вот режиссерская работа здесь очень интересная.