Книга Дело о пропавшем дворнике, страница 14 – Елена Архипова, Леонида Вик

— Странно, — вырвалось у меня. — Нет данных о выезде. Ни на поездах, ни на автобусах, ни на самолётах твой Степаныч не выезжал. Паспорт не проходил через систему.

Анна подалась вперёд, глаза расширились.

— То есть ты хочешь сказать, что он никуда не уехал?

— Или уехал на попутке. Или ушел пешком в соседнюю деревню. Аня, это ещё ничего не значит, — попытался я её успокоить, обдумывая варианты. — Может, он на велосипеде куда уехал. Люди ездят не только на поездах, знаешь ли, — нес я откровенную херню, прекрасно понимая, что ведь Анька-то вполне может быть права! Пропал мужик, похоже.

Надо пробить и его номер телефона на предмет появления в сети.

Я молчал, глядя в экран и мусоля леденец. Потом взял трубку, набрал внутренний.

— Лёха, пробей один номер. Да, срочно, — назвал ему номер Степаныча.

Через две минуты Лёха перезвонил и сообщил:

— Телефон последний раз выходил на связь восемь дней назад. После этого — тишина.

Анна молчала.

Шпиц тихо заскулил.

У меня внутри что-то противно щелкнуло.

Хотя почему “что-то”? Та самая интуиция, которая вопила: кажется, мне моя бывшая одноклассница только что принесла ещё один труп.

Я потянулся за курткой, снял её со спинки кресла.

— Ладно. Поехали. Покажешь эту подсобку и познакомишь с новой дворничихой.

Анна вскочила, шпиц радостно залаял.

— Вот я сразу знала, что ты не откажешь, что поможешь!

— Ну да, — я застегнул куртку, сунул телефон в карман, — тебе откажешь, как же! Умеешь ты дырку пальцем в бетонной стене проковырять!

— Наговариваешь ты сейчас на меня, Санечка! — заулыбалась горделиво эта эта женщина. — И не стыдно тебе, а?

— Только предупреждаю: если окажется, что твой Степаныч просто запил или пригрелся у кого-то под теплым бочком, ты мне будешь должна ужин. Приличный, из трех блюд, а не из твоих любовно-детективных романов, где герои едят одни устрицы.

— Да не вопрос! Ужин так ужин! — тут же согласилась. — Хочешь, сегодня же к Темычу сходим!

— О! Ну если ужин у Тёмыча, то я, пожалуй, даже и соглашусь! — я усмехнулся, распахивая перед Анной дверь.

А дальше, как пишут в книгах — “немая сцена” — за дверью стояла Маринка собственной персоной.

— Петров, и почему я даже не удивлена, — процедила она сквозь зубы. — Вот знала же, что ты кобель!

Марина посверлила взглядом меня, смерила с головы до ног уничтожающим Анну, лихо развернулась на своих десятисантиметровых шпильках и походкой от бедра поцокала обратно.

Мелкий рыжий засранец разразился лаем ей вслед, а я только и смог, что выматериться сквозь зубы:

— Да вот что б тебя, Кошкина! Вечно ты не вовремя. — И тут же услышал:

— С меня два ужина и профессиональная массажистка! — потом она подумала и добавила: — И один сеанс у белой ведьмы, чтобы снять проклятье ведьмы крашеной.

— А я смотрю, со школы ничего не изменилось, да, девочки?

Глава 8

Петров припарковал служебную «Ладу» у подъезда Анны, заглушил мотор, но выходить не спешил. Осмотрел дом и присвистнул:

— Тоже, что ли, начать детективчики писать? Дашь мне, начинающему автору, рекомендацию, а Кошкина?

— Дам, но не сразу.

— Это почему это? — спросил машинально, оглядывая тем временем двор элитной многоэтажки. — Боишься, конкуренцию тебе составлю?

— Молодым авторам помогать надо, но не сразу. Книге так на третьей-четвертой, не раньше. А то ты его порекомендуешь, а он потом или писать бросает, или, после первого серьёзного успеха, начинает мнить себя гением. И начинает читателям хамить, в том числе и моим. А я своих читателей очень ценю.