Онлайн книга «Подземный бой»
|
В те годы, когда бульвар Эдгара Кине застраивался, он славился богемной атмосферой, так как художники превратили в мастерские десятки здешних квартир. Вечерами в аллее под тенью раскидистых крон звучали веселые голоса гуляк-авангардистов и задорный смех натурщиц. Приятно было думать, что сейчас кто-то из тех живописцев, теперь уже ветхий старец, доживающий свой век в квартирке наверху, смотрит на него из окошка и уносится воспоминаниями в те дни, когда принимал у себя в гостях неукротимого Брака и угощал его рюмочкой, ах, нет, бутылочкой мерло. Миновав несколько «постосмановских» домов, первые этажи которых заняты магазинчиками и кафешечками, «Рено» притормозила у двухэтажного здания за номером 12, в торжественно-симметричном фасаде которого декоративные элементы барокко эклектично сочетались со строгими линиями неоклассицизма. На этот дом, построенный в 1910 году, было приятно смотреть. Он облицован светлым камнем теплого бежевого оттенка. Первый этаж выделен пятью массивными арочными проемами, в которые погружены высокие, богато украшенные двери цвета насыщенного махагони, с витражными вставками, создававшими ощущение элитарности и защищенности. Арки опирались на пилястры, которые разделяла рельефная кладка, контрастировавшая с гладкой текстурой остального фасада. Второй этаж оформляли прямоугольные окна в изящных рамах, расположенные на одинаковом расстоянии одно от другого, что придавало фасаду ритмичность. Венчавший здание карниз украшала скромная, без излишеств, лепнина классических мотивов, добавлявшая дому благородства. Но более всего Жиро восхищали два миниатюрных декоративных балкончика над дверями — с черными коваными решетками, орнамент которых был сложен из больших и малых окружностей. Похожие решетки, но меньшей высоты заменяли наружные подоконники. Статусная постройка — достойный выбор владельца, с деловым визитом к которому направлялся водитель черной «Рено». Андре Жиро покинул салон авто и, приблизившись к двери, нажал кнопку звонка. Изнутри раздались неспешные шаги. Открыла привратница, она же горничная, — немолодая сухопарая женщина с недовольным лицом. Мадам Брийон была одета в неизменное строгое черное платье ниже колен. Жиро привык к тому, что горничные носят округлые кокетливые фартучки с кружевом по краю. На мадам Брийон сиял безукоризненной белизной прямоугольный передник без изысков, почему-то придававший женщине сходство с монахиней. — Доброе утро, мадам! К мсье Бассу, — сказал Жиро, хотя мог бы не уточнять. Он частенько появлялся в этом доме, так что горничная прекрасно знала, кто он, тем более знала, к кому идет гость. Мсье Жиро состоял в руководстве той же компании, что и владелец дома 12 на бульваре Эдгара Кине. И если Жорж Басс занимал должность производственного директора, то Андре Жиро исполнял обязанности председателя. Впрочем, ему в ближайшее время светил председательский пост, едва их новорожденная организация встанет на ноги. Предприятие «Кожема» правительство Франции основало в текущем году, несколько месяцев назад. Необычное название являлось акронимом от «Компаниженераль де матирьер нуклеар» — «Генеральная компания по ядерным материалам». Натужно вздохнув, привратница молчаливо поджала губы и отступила к стене, в темноту передней, как бы приглашая мсье заходить. Жиро переступил порог, подождал, когда горничная закроет дверь, и направился следом за прямой как палка мадам Брийон к лестнице, ведущей на второй этаж. Поднявшись, женщина постучалась в кабинет хозяина и, не дожидаясь отклика, распахнула дверь. |