Книга Графиня с изъяном, страница 44 – Айлин Лин

Её тон был холодно-снисходительным. Я почувствовала себя действительно вещью на лавке купца. А ещё угрозу в её фразе. К счастью, леди Барбара тут же пришла на помощь.

— О, Руана, – баронесса медленно отпила вино, задержав взгляд на шее графини, – ваши сапфиры сегодня особенно яркие. Почти как те, что продавались на аукционе покойной маркизы Истхейвен прошлой весной.

Графиня Винсент коснулась ожерелья тонкими пальцами, словно защищая его.

— У вас удивительная память на чужие драгоценности, Барбара, – в её голосе зазвенел металл. – Особенно для женщины, чьи фамильные давно лежат в шкатулках разных ростовщиков. Говорят, перстень с вашим гербом нашли в игорном доме на восточной окраине на какой-то куртизанке.

Пухлые пальцы леди Барбары едва заметно сильнее сжали ложку, при этом её лицо осталось невозмутимым:

— В то время как вы щедро одариваете драгоценностями своих многочисленных поклонников? Или я путаю вас с вашей кузиной?

Руана чуть побледнела, открыла было рот, чтобы ответить, но моя наставница её опередила, веско добавив:

— В отличие от многих, я предпочитаю вкладывать деньги в землю, а не в бесполезные безделушки, – она непринуждённо подхватила бокал и глотнула вина. – Впрочем, каждому своё: кто-то копит побрякушки, кто-то мудрость.

— Увы, хвалёная мудрость не помогла вам спасти ваше состояние, – парировала Руана. – И не уберегла вашего сына от… особых увлечений.

Я буквально кожей почувствовала, как атмосфера в нашей части стола всё сильнее накаляется.

Тут снова открылись двери, и вошла вереница вышколенных слуг с тарелками в руках. Их появление чуть снизило градус. Подали второе блюдо – жареного фазана с луковым соусом и запечёнными яблоками.

— А вы, леди Гвендолин, – обратилась ко мне графиня Винсент, задумчиво поворачивая тонкими пальцами ножку хрустального бокала с рубиновым вином, – уже успели узнать о наших придворных развлечениях? Об осеннем празднике урожая? О зимнем королевском бале?

Её тон был небрежным, взгляд острым и изучающим. За этими вопросами таилась некая проверка.

— Боюсь, мы ещё не успели обсудить все развлечения, – ответила я. – Было слишком много насущных дел.

— О, конечно, – графиня рассмеялась, неприятным, лающим смехом. – Вам предстоит выбрать будущего супруга… Это же такое серьёзное дело, ему действительно стоит уделять очень. О-очень много внимания! Особенно когда времени практически нет.

— А по какому принципу выбирали вы, Руана? Или вас? – спросила баронесса с невинным видом. – Или это слишком личный вопрос?

— Отчего же? Отец оставил выбор за мной, и я вышла замуж по любви, – она произнесла последнее слово с лёгким нажимом. – По глубокому, искреннему чувству.

— Как и все мы, моя дорогая, как и все мы, – улыбнулась баронесса. – Хотя любовь бывает разной. К кому-то, – она сделала почти неощутимую паузу, – к чему-то… И ваша с графом Винсентом любовь яркий тому пример – она весьма своеобразна. Ваше толкование супружеских обетов поражает! Говорят, он возносит молитвы у многих алтарей, пока вы… принимаете поклонение от разных рыцарей.

Тут на лице противницы впервые появилось выражение злости. По залу пронёсся едва слышный шепоток. Даже я, далёкая от всех этих интриг, застыла в тревоге.

— Вы заходите слишком далеко, баронесса, – процедила графиня сквозь стиснутые зубы. – Распространять подобные слухи недостойно женщины вашего положения.