Книга Графиня с изъяном, страница 131 – Айлин Лин

И если Гвендолин смотрела вперёд, то он любовался её точёным профилем. Какая она хрупкая. Одинокая. Он вдруг с пугающей ясностью осознал, что не знает ровным счётом ничего о той, кто занял важное место в его сердце.

Она не показывала своих слабостей, не жаловалась, не просила ничего для себя. Словно у неё и не было простых человеческих желаний. Эта мысль отчего-то больно уколола его.

Гвендолин, краем глаза заметив, как нахмурился и поджал губы рыцарь, повернулась к нему и, помедлив, всё же поинтересовалась:

— Что вас так тревожит, сэр Рик? Вы сомневаетесь в успехе задуманной мной операции?

Он молча смотрел на неё и не мог отвести взора: свет факела, закреплённого на стене, играл в её рыжих волосах, вспыхивая тёплыми золотыми искрами. Гвендолин казалась хрупкой, невесомой, неземной.

И внезапно он решился пойти следом за своим сердцем, своими чувствами:

— Прошу прощения за мою бестактность, миледи. Я просто думал… Я знаю, какие приказы вы отдаёте, и какие чертежи рисуете. Но я не ведаю… какое блюдо у вас любимое? Какому цвету отдаёте предпочтение? Какое время года вас вдохновляет? О чём мечтаете, но не для других, для себя?..

От прозвучавших вопросов Гвен удивлённо замерла, её глаза изумлённо расширились.

Волк сжал зубы, мысленно ругая себя последними словами за несдержанность и дурное воспитание.

Но тут она… рассмеялась.

Он никогда не слышал, как она смеётся. Вот так непринуждённо, легко, без оглядки. Не вежливая улыбка, не горькая усмешка, а настоящий, звонкий смех.

— Простите, – отсмеявшись, но продолжая широко улыбаться, заговорила Гвен, вытирая выступившие слёзы. – Никто никогда не спрашивал меня об этом.

Девушка несколько бесконечных мгновений молча посмотрела прямо ему в глаза и вдруг ответила:

— Люблю простое мясо, жаренное на костре, с такой корочкой, м-м… И обычный грибной суп, какой варила моя няня Марта. А цвета… зелёный, как трава после дождя, и синий, как глубокая вода.

Она снова посмотрела вдаль, прекрасное лицо подёрнулось грустью.

— А чего хочу для себя? Я хочу быть счастливой. Беззаботной. Рисовать свои бесполезные картины. Но понимаю, что не имею на всё это права. Не сейчас. Пока мои люди живут в страхе и болеют от плохой еды и грязной воды, пока на границе стоит враг, я не могу думать о себе. Моё счастье напрямую зависит от их безопасности.

Рик слушал и всё отчётливее понимал: никуда он отсюда не уедет. Пусть все сроки его службы наследнице Леваньер выйдут, он останется. До конца. Чтобы быть рядом, и помочь Гвендолин в её стремлениях.

Чёрный Волк поклялся себе, что сделает всё, чтобы однажды она смогла позволить себе быть просто счастливой.

Спустившись с башни, они направились в общий зал, где их уже ждал ужин. За длинным столом сидели Розалинда, с каждым днём выглядевшая всё лучше, и маленькая Абигейл. Девочка оживилась при виде старшей сестры.

— Гвен! – воскликнула она, соскакивая со стула и бросаясь ей навстречу. – Ты не забыла, про своё обещание?

Гвендолин искренне улыбнулась, обняв сестрёнку:

— Конечно, милая. Но сначала поедим, а потом я расскажу тебе и про Мальчика, который выжил, и про Аленький цветочек, и ещё много других не менее интересных сказок.

Аби радостно захлопала в ладоши, с трудом сдерживаясь, чтобы не запрыгать по залу. Роза, видя, как подруга из грозной графини превращается в заботливую старшую сестру, тепло улыбнулась.