Книга Пленница мертвого Двора, страница 99 – Элина Амори

— Попробуйте сделать это — и узнаете, что будет, — процедила я.

— О, надеешься на своего принца? Как же это поразительно ничтожно. Ты теперь для него бесполезна. А значит, единственная причина, по которой он станет злиться, — то, что его планы рухнули. Ты потеряла для него свою ценность.

— Раз вы так уверены, что я ее потеряла, давайте убейте меня. Или сделайте то, что собирались. Будет обидно проиграть смертной девчонке, не так ли?

Я говорила уверенно, но в глубине души боялась, что Талрон и правда не станет ни мстить за меня, ни тем более пытаться меня спасти.

— Элистан, — вдруг раздался голос Маэлдуна.

Пока советник сверлил меня пристальным взглядом, Маэлдун стоял у стены, почти незаметный в полумраке кабинета.

— Повременим с казнью, — продолжил он. — Предлагаю бросить ее в темницу и посмотреть, что будет. Возможно, так действительно удастся сильнее спровоцировать Талрона.

— Ты прав, — произнес советник.

Я едва сдержалась, чтобы не бросить на Маэлдуна благодарный взгляд. Каким бы заносчивым и наглым он ни был, он все равно пытался меня защитить. Как и тогда, с медом диких плотоядных пчел. Темница всяко лучше немедленной смерти.

— Что ж, — презрительно бросил Элистан. — Для начала насладись своим отчаянием. Увидь, как жестоко ты ошиблась насчет собственной важности для принца.

Он отвернулся к стражникам.

— Отвести ее в темницу!

* * *

Я думала, что знаю об ожидании все.

Когда ждала денег и голодала. Когда ждала своей участи, пока мы летели с Талроном в страну фэйри на мертвом коне.

Но нет. Все это было ожиданием в движении. Время замедлялось, но не останавливалось.

Здесь же мне казалось, что времени больше нет. Все оставалось одинаковым: темнота, сырость и холод подвала, иногда кусок черствого, как камень, хлеба и глоток воды.

Со мной ничего не происходило. Никто меня не навещал, кроме стражника, приносившего хлеб. Не приходил даже Маэлдун. И от Талрона не было никаких вестей.

У меня не было ничего, что помогло бы сбежать, и я бесконечно прокручивала в голове собственную ошибку. Ожидание убивало меня.

Я и правда в глубине души надеялась, что Талрон меня спасет. Но он не являлся. Этому могла быть сотня причин, но одна особенно прочно засела в голове и доводила меня до отчаяния:

Я ему больше не нужна.

Попытки разговорить стражника ни к чему не привели, а слабость из-за недоедания становилась все сильнее. Вначале я пыталась считать время по визитам стражника, но после пяти потеряла счет. Мне начало казаться, что они решили убить меня таким образом: лишить сил, чтобы я просто медленно умерла в этой камере.

Но я продолжала ждать сама не зная чего.

И все-таки дождалась.

Дверь открылась непривычно широко, и в камеру вошли двое стражников вместо одного. Они подхватили меня под руки и вытащили в коридор.

Я шла, спотыкаясь, и пыталась понять, куда меня ведут. Свет факелов резал глаза, все казалось нереальным и даже пугающим.

В какой-то момент меня просто втолкнули в комнату. Там стояло большое корыто с водой, от которой поднимался пар. У стены висело огромное зеркало, рядом стоял стул, а на рогатой вешалке было приготовлено светлое нарядное платье.

Две тонкие серолицые фэйри в коричневых формах подошли ко мне.

— Не дергайся, смертная, — сказала одна из них. — Нам велено привести тебя в порядок перед очень важным событием.