Книга Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки, страница 97 – Элен Скор

— А вы сами как себя чувствуете? В горле не першит? Голова не болит? А как остальные ваши товарищи? Если будет хоть какое-то подозрение на простуду — сразу ко мне! Лучше не допустить развития болезни, чем потом несколько дней провести в кровати! — стращала я его.

Не знаю, понял ли, но Костя ушел с серьезным и озабоченным видом. Обещал зайти чуть позже.

А я отправилась в инфекционный блок. Летом он у нас чаще всего пустовал. Санитары уже успели переложить Михаила на кровать и даже переодели в больничную пижаму.

Подойдя ближе, я начала осмотр и с каждой минутой хмурилась все больше и больше. Нос заложен, горло красное, легкие на магической проекции тоже светились красным. Здесь уже не банальная простуда, тут воспаление легких! И началось все, скорее всего, еще ночью, то-то утром рука Михаила показалась мне такой горячей. А потом во время полета еще его несколько часов обдувало холодным ветром на большой высоте.

Я потрогала его лоб, температура просто зашкаливала. Взяла градусник, сунула Михаилу под мышку, а сама принялась потихоньку вливать в его тело лечебную магию.

Вот только она прекрасно сращивает раны, заживляет переломы, но против обычной простуды почти бессильна!

Нужны лекарства.

Я подошла к шкафу с лекарствами, поискала то, что может быстро сбить температуру. Из доступного был порошок антипирина для инъекций, аналог современного аспирина, и спиртовая настойка ивовой коры.

Настойку я исключила сразу, нет времени ждать, когда она подействует. Поставила на стол флакон с дистиллированной водой и ампулу с порошком антипирина, потом взяла металлический футляр, в котором хранились многоразовые шприцы и иглы. К футляру была приложена бирка о дате стерилизации.

Удостоверившись, что все готово, я решила сначала проверить температуру больного, чтобы рассчитать точную дозировку лекарства.

Подошла к кровати, наклонилась, потянулась за градусником, моя ладонь скользнула в вырез больничной пижамы, коснувшись горячей груди, и в туже минуту ее накрыла широкая мужская рука.

Я вздрогнула, подняла взгляд, на меня смотрели ярко голубые глаза, правда, сейчас они были словно слегка затуманены.

— Что вы делаете? — голос Михаила был глухой, чуть надтреснутый.

— Хочу померить вам температуру.

Я попыталась убрать руку, но Михаил держал крепко, прижимая к себе, откуда только силы взялись. Наши лица были так близко, что я слышала его хриплое дыхание. Вроде, такой романтический момент, а у меня в голове мелькнула мысль, что следовало бы надеть марлевую маску. Вот же, профессиональна деформация!

— Не раздавите градусник. Позвольте, я его заберу.

Хватка его руки ослабла, я вытащила у него из подмышки хрупкую стеклянную трубочку и, выпрямившись, посмотрела на шкалу. Ртутный столбик остановился, едва не дойдя до самой верхней отметки.

Я покосилась на Михаила, с такой температурой он должен был валяться в полной отключке, но видимо моя лекарская магия помогла ему прийти в себя.

Подойдя к столу, убрала градусник на место, занесла данные температуры в журнал и принялась готовить раствор для инъекций.

Заметив в моих руках шприц, Михаил сразу напрягся.

— Это для чего, что вы там делаете?

— Не переживайте вы так! Сейчас поставлю вам укол и сразу станет легче!

— Укол? Нет, не надо, лучше порошочек какой-нибудь дайте или настойку.