Книга Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки, страница 73 – Элен Скор

— Сидоров, завтра на выписку, готовьтесь.

— А я?

— А вы, Гаврилов, еще денек полежите!

В таком режиме прошло еще несколько дней, город все еще гудел, но уже тише. Вместе с поездом с Владивостока приходили тревожные вести, японцы активизировались, стычки с ними происходили то тут, то там. Но накал напряжения сошел, люди привыкли, притерпелись и жили дальше.

Нападение случилось ночью, когда все спали. И никто ничего бы не понял, но город спасли гуси. Не собаки, которых банально прикормили подтухшим мясом и на месте прирезали, а эти горластые птицы и их хозяин.

Дом Митрофана располагался на самой окраине города, возле пруда, где он держал большое и крепкое хозяйство, разводил кур, уток, гусей.

В последние дни на подворье повадилась шастать не то лисица, не то ласка. Хитрая зверюшка пробиралась по ночам в курятник и душила за раз две-три курицы, но унести все не могла, бросая лишнее.

Если бы не это, пропажу еще долго не заметили, но находя поутру тушки задушенных птиц, хозяин не на шутку переполошился и уже которую ночь спал в полглаза в обнимку с ружьем.

Услышав гогот гусей, он подумал, что лисица вернулась и прихватив оружие, стал красться к курятнику. То, что Митрофан там увидел, очень сильно его разозлило. Два приземистых мужика, одетых в длинные стеганые халаты и круглые шапки, нагло запихивали сонную птицу в мешки.

На великом и могучем Митрофан попытался сказать, как они неправы, но те двое вытащили кривые сабли, и ощеривщись, пошли на него. Такого хозяин курятника вынести уже не смог, поднял свою двустволку, пальнув сначала в одного из воров, потом в другого.

Мне снился сон из прежней жизни, одна из моих поездок в горячие точки. Кто-то может сказать, какая польза там от пластического хирурга? Да в том, что молодым ребятам, вернувшимся оттуда, потом жить еще долгую мирную жизнь.

Хорошо наложенный косметический шов может сделать эту жизнь намного качественнее, по настоящему полноценной. Это можно увидеть хотя бы на примере Никиты.

И я шила.

Шила, даже когда раздавались звуки выстрелов.

В этот раз стреляли совсем рядом. Я открыла глаза, еще не до конца понимая, сон это или явь.

В ночной тишине выстрел казался особенно громким. Я вздрогнула и тут же вскочила с кровати, рука сама сунулась под подушку, сжимая в ладони холодную сталь револьвера.

Очень хотелось посмотреть, что там случилось, но я знала, что ни в коем случае нельзя подходить к окнам. Стекло слишком ненадежная преграда для пули. Поэтому я просто прижалась спиной к стене, прислушиваясь, пытаясь оценить обстановку.

Послышался еще один выстрел и еще, крики людей, а затем зазвонил колокол.

В соседней комнате зашуршало, скрипнула кровать, в дверях показалась заспанное лицо Ольги.

— Что случилось? Почему звонят? Темно же еще…

Она потянулась к окну.

— Стой! Не надо, не подходи! — схватила я ее за руку.

Она обернулась и растерянно замерла.

— Варя, что это? — округлила она глаза.

Только сейчас я поняла, что держу руку с револьвером на уровне своей груди.

— Это для защиты, — отмахнулась я.

И тут с улицы снова послышались выстрелы, за окном взметнулось зарево, сразу стало светлей.

— Что там происходить? — Ольга вжалась в стену. — Варя, это война?

— Все может быть, — чуть слышно пробормотала я себе под нос и уже громче добавила: — сиди здесь, к окнам не подходи, я пойду, посмотрю.