Книга Доктор Варя. Еще одна жизнь попаданки, страница 128 – Элен Скор

Мои слова его нисколько не смутили, тогда я добавила:

— Передайте Михаилу Дмитриевичу, что я буду рада его видеть.

Костя покосился на окно госпиталя.

— Я могу идти?

— Да, конечно! — я посторонилась, пропуская его.

Обернувшись, заметила за окном светловолосый девичий силуэт, который тут же отступил вглубь комнаты. Ольга явно следила за нашим разговором.

Вернувшись в госпиталь, я сняла фартук и, прихватив саквояж, собралась домой. И так припозднилась, все уже разошлись.

Шла не спеша, по сторонам не смотрела, в голове крутились разные мысли. Думала о том, что стало рано темнеть, что скоро осень и потребуются теплые вещи, а еще дрова для печи.

Именно поэтому я не обратила внимания на стоящего возле кустов мужика, проходя мимо. Неожиданно широкая мужская рука заткнула мне рот, так что я не успела даже пискнуть, а вторая обхватила за талию и приподняла, утаскивая в кусты.

Я завозилась, пытаясь вырваться, дотянуться до висящей на боку сумочке, где лежал револьвер, но мои руки оказались плотно прижаты к телу. Я не могла даже пошевелиться, хватка у похитителя оказалась медвежьей.

— Степка, тащи мешок! — велел мужик. Его голос показался мне смутно знакомым.

Скосив глаза, я заметила стоящую за кустами телегу, груженную сеном. А вот это уже совсем плохо! Вывезут за город и никто не найдет!

От зажимавшей мой рот руки пахло кислым потом, грубые пальцы царапали нежную кожу. Отгоняя подступающие рвотные позывы, изловчившись, я впилась зубами в ладонь похитителя.

— Ай! Кусается, мерзавка!

Похититель отдернул руку, я тут же закричала:

— Помогите!

— Заткнись, шалава!

Мою щеку обожгла оплеуха, я дернулась, в голове помутнело. Словно сквозь слой ваты услышала:

— Суй ее в мешок и прячь под сено. Поспешай, как бы не хватились!

А потом наступила полная темнота.

Очнувшись, не сразу поняла, что со мной. С минуту лежала, прислушиваясь к своим ощущениям. Меня слегка покачивало, словно на волнах, слышалось мерное поскрипывание, пахло сеном.

— Я в телеге, — дошло до меня.

Попыталась пошевелиться и поняла, что руки связаны. А еще очень темно.

На грудь и лицо что-то давило, воздуха не хватало, я судорожно пыталась вдохнуть. Сердце забилось испуганной птицей, на секунду меня накрыло паникой.

Головой я понимала, что нужно успокоиться, но тело реагировало намного быстрее мыслей. С трудом заставила себя не барахтаться и лежать смирно.

Мелькнула мысль, что меня закопали прямо живьем. Но тут то, на чем я лежала, сильно качнуло, а следом включился слух. До меня донеслось мерное поскрипывание, стрекот сверчка, приглушенный стук лошадиных копыт.

Да я в телеге и меня куда-то везут!

Я приподняла руки, проведя кончиками пальцев, по тому, что меня накрывало сверху, опознав грубую мешковину. Кое-где сквозь нее пробились сухие стебельки соломы.

Пришло понимание, что я лежу на дне телеги, а сверху на меня навалили солому, вот что так давит!

Осторожно, стараясь сильно не шуршать, я поднесла руки к лицу, приподняв мешковину, дышать сразу стало легче. Пару минут я лежала не шевелясь, прислушиваясь к каждому звуку. Судя по тому, что не слышно ни людских голосов, ни лая собак, из города мы уже выехали. Сильно он меня ударил, сколько же я была без сознания?

Тут же в голову полезли мысли, кто это мог быть? Кому я перешла дорогу? Грабители первым делом схватили бы саквояж, но я выронила его у дороги, а похититель даже не дернулся. Нет, его целью была именно я!