Книга Лучшая бабушка. Империя Железной леди, страница 94 – Арина Теплова

Уже ближе к полуночи мы с Владимиром вернулись в своё купе и легли спать, каждый на своё место. Я оставалась верна своему обещанию и подарила Владимиру только поцелуй на ночь.

Несмотря на сильную тряску, я быстро уснула, убаюканная завыванием ветра за окном и нежась на гладком, приятно пахнущем постельном белье. Засыпая, я подумала о том, что эта поездка станет важным событием в моей жизни.

--------------

Историческая справка

Первая Царскосельская железная дорога появилась в России в 1837 году и соединяла Санкт-Петербург и Павловск, загородную императорскую резиденцию. В Павловске был построен павильон с концертным залом и рестораном, получивший название Воксхолл, который на французский манер русская публика стала называть «вокзал».

Богатые жители Петербурга ездили в Павловск по железной дороге, воспринимая это путешествие как развлечение, чтобы потом насладиться музыкой на вокзале в Павловске, где с 1856 года десять сезонов подряд играл свои вальсы сам Иоганн Штраус. Злые языки того времени шутили, что в Англии построили железную дорогу для соединения портов с шахтами, а в России — для поездок по ресторанам.

Путь из Петербурга в Павловск занимал несколько часов, и поезда ездили со скоростью 30 километров в час. А к концу XIX века путь от Петербурга до Москвы уже по другой железной дороге, Николаевской, составлял всего четырнадцати часов, ибо скорость паровозов достигла 70 километров в час.

Днём мы прибыли в Москву, остановились на Тверской в гостинице под смешным названием «Лоскутная». Эта популярная, современная гостиница предоставляла гостям ряд новомодных услуг, которые очень ценились постояльцами. Во всех ста сорока номерах имелись собственные телефонные аппараты, вся гостиница была оснащена электрическим освещением, а для встречи пассажиров с железной дороги на все вокзалы высылались омнибусы, запряжённые лошадьми. Приезжая в Москву, Баскаков непременно останавливался в этой гостинице. Вечером мы немного прогулялись по центру Москвы, поужинали в модном ресторане и вернулись в свои номера.

На следующий день мы отправились на Курско-Нижегородский вокзал и сели на другой поезд, который через пятнадцать часов доставил нас в Нижний Новгород.

Около полудня мы с Баскаковым и двумя носильщиками неспешно вышли с шумного вокзала. На привокзальной многолюдной площади теснилось множество экипажей. Баскаков нашёл самую приличную открытую коляску и ту, что стояла неподалёку, и велел везти нас в гостиницу «Никитиных». Одну из совсем новых, выстроенных недавно и оснащённых электричеством, канализацией и водопроводом, как объяснил мне Владимир.

Я с интересом рассматривала провинциальный, большой город, чем-то напоминающий старинную часть Москвы, но гораздо меньший по размерам. Чистые нижегородские улочки, белёные и крашенные в золотистый и изумрудный цвет двухэтажные особняки, многочисленных горожан и приезжих, передвигающихся по мощёным бульварам. Новгород показался мне красивым, солнечным и уютным, даже милым.

Проезжая в центре по Большой Покровской, я заметила, как по рельсам, проложенным посередине улицы, едва передвигается старинный трамвай: квадратный, с козырьками, открытыми проемами вместо дверей и немного смешной.

— Ниночка, посмотри! Это же трамвай! — воскликнул вдруг Баскаков, указывая на большой вагон впереди нас, который двигался по однопутным рельсам.