Книга Личный психотерапевт для Эльфа, страница 89 – Александра Олив

— Хорошая вышла легенда для Орлэрина, не так ли, Долгур? — в голосе вейара звучало легкое самодовольство.

Старик в коричневых одеждах и плаще довольно улыбнулся и пришпорил коня сильнее. И Анна тут же почувствовала, как ускорился их собственный конь.

Дворец эльфийского владыки исчез в зеленом ущелье, по мере того как конная тропа взбиралась все вверх и вверх. Анна мало представляла, куда вела их лесная дорога, и что ждало их впереди. Но ей хотелось верить, что их путешествие не пройдет даром, и они вовремя доберутся до раненых эльфов, а маленькие огненные цветы исцелят раны, и вернут их к жизни. Единственное, что сильно волновало ее, так это то, как Повелитель отреагирует, когда узнает, что его приказ был нарушен.

Полторы сотни всадников в темно-зеленых плащах диким вихрем проносились между деревьями по глухим лесным тропам. В руках воинов сверкали длинные серебряные клинки, испачканные черной кровью. Кара была неминуема.

Повелитель, сопровождаемый Дондолионом и Рейниром, стремительно летел вперед, сидя на своем белоснежном коне. Его угольно-черные одежды, поверх которых блестел серебряный панцирь доспеха, а плечи покрывал длинный серебристо-серый королевский плащ с усиленными металлическими пластинами на плечах, придавали ему смертоносности. В прозрачных голубых глазах сверкала безмолвная ярость и пламенный гнев.

Впереди, трусливо спасаясь бегством, визжа и рыча, мчались скъяды — обезображенные мерзкие твари, соединившие в своей внешности по злой воле искаженного разума черты людей и зверей. Их кожа была землистой, лица ужасны, а глаза отличались желтовато-карим или абсолютно черным цветом, в которых не было видно зрачков. И тем не менее их зрение было зорким, зубы острыми, а слух превосходным из-за того, что обитали они глубоко в недрах черных гор. Не отличаясь большим умом, но подчиняясь лишь силе и инстинктам, они, тем не менее, были очень опасными противниками. Жестокими, кровожадными и беспощадными.

После войны разделения Миров скъяды были вынуждены уйти глубоко в чрево гор и редко выходили на поверхность, но если все-же попадались вейарам на глаза, то последние истребляли их без раздумий. Со скъядами разговор был короткий. Они были смертельными врагами, и эльфы знали, что мерзкие твари коварны и хитры.

Однако же то, что они посмели нарушить границы владений эльфийского владыки и вторглись в Его Лес большим отрядом, да еще и при свете дня, — потрясло Повелителя до глубины души. Их повадки были ему хорошо известны: скъяды по своей натуре были слишком трусливы, чтобы выходить на поверхность, тем более заходить в древний зачарованный лес Нэрэльдалот без поддержки кого-то более сильного и опасного.

Повелитель на скаку резко занес клинок, и лезвие прошло сквозь плоть, как сквозь мягкое масло, отделяя голову мерзкого существа от тела. Вокруг раздавался лязг оружия, бряцанье самодельных доспехов скъядов и бешеный вой и визги.

— Взять одного живым, — приказал он, и Дондолион с Рейниром едва кивнув в ответ, устремились за бежавшими прочь скъядами.

Скъяды бешено изворачивались, отчаянно вступая в схватку со своим излюбленным оружием — зазубренными широкими мечами, но от разящих и точных ударов острых клинков и стрел вейар скрыться не могли. Вейары были молниеносны и быстры. Вскоре бойня закончилась, и Повелитель, царственно восседая в седле, медленно подъехал к трупу того, кто был похож на вожака. Прямо рядом с ним на коленях стоял единственный оставшийся в живых скъяд, у чьего горла уже опасно притаился острый эльфийский клинок, готовый в любой момент перерезать мерзкой твари глотку. Высокий воин-вейар в доспехах и плаще держал оружие наготове.