Книга Кукла для зверя, страница 49 – Ника Долгина

Двумя неделями ранее

Снова Следственный комитет, проходная, досмотр.

Бессмысленные требования снять часы и ремень, хорошо хоть ботинки расшнуровывать не пришлось… Снова мелкие попытки охраны на входе уязвить, задеть, вывести из равновесия — такие же тщетные, как и раньше.

Волчанский редко терял самообладание, особенно на людях. Времена перманентной опасности жизни и здоровью научили воспринимать все с хладнокровием огромной рептилии. Уже очень давно — тщательно выверенные действия, продуманная стратегия, ровный эмоциональный фон и полное безразличие к мелким раздражителям.

Сейчас раздражитель был мелким в прямом и переносном смысле — пыжащийся недоросток в форме охраны едва доставал ростом до его плеча, но при этом умудрился вполне умышленно наступить ему на ногу, демонстративно глянуть одновременно с ним вниз, но не извиниться, отнюдь нет, а презрительно буркнуть в след удаляющемуся в сопровождении адвоката Владу тупой подкол:

— Вы б уже сразу спортивный костюмчик надели, да и время у нас течёт по-другому. В тюрьме, знаете ли, торопиться некуда, часики ни к чему. Но кому знать то, как не вам…

Влад немного замешкался и обернулся. Адвокат сжался, ожидая реакции клиента на провокацию, но тот лишь сжал зубы, играя желваками, с удовлетворением отметив, что самодовольный охранник почти бегом ретировался назад в будку и торопливо захлопнул за собой дверь.

* * *

Старший следователь полковник юстиции Авдеев Сергей Павлович был на месте. Его педантичность и внимание к мелочам были широко известны в определённых кругах. Он никогда не позволял себе опаздывать даже на встречу с подследственными.

Волчанский дождался приглашения в кабинет, вошёл вместе с адвокатом и расслабленно сел на предназначенный для посетителей стул. Его защитник расположился напротив, деловито доставая из портфеля какие-то бумаги и раскладывая их перед собой.

Они со следователем поприветствовали друг друга кивком, проявляя элементарную вежливость.

— Сергей Павлович, профессионализм вашей службы безопасности на входе оставляет желать лучшего. Они не в первый раз позволяют себе недопустимые и неуместные комментарии и действия, — его адвокат не удержался от шпильки, на которую, впрочем, ни Авдеев, ни Волчанский не сочли нужным ответить.

— А теперь перейдём непосредственно к делу — выбранная мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении моего подзащитного не соответствует тяжести вменяемого деяния и нарушает его права как честного гражданина, бизнесмена и налогоплательщика. Я подготовил ходатайство…

— Подождите за дверью! — следователь и Волчанский сказали это одновременно, не сговариваясь, приведя адвоката в изумление.

— Владислав Викторович, как ваш защитник я настоятельно не рекомендую вам подвергаться допросу без присутствия вашего адвоката. Полковник Авдеев славится своей способностью оказывать ощутимое давление на оппонентов…

— Всю ответственность я беру на себя, — уже мягче продолжил Волчанский, — и спасибо за предупреждение, — они переглянулись со следователем и адвокат, почувствовав себя третьим лишним, нерешительно вышел из кабинета, всем своим видом демонстрируя, что не одобряет подобные инициативы.

Едва за адвокатом закрылась дверь, Волчанский подскочил со своего места и метнулся к окну. Он привычным жестом размял напряжённую шею, расправил плечи и развернулся к собеседнику.