Книга Кукла для зверя, страница 40 – Ника Долгина

Чего тогда ждал до сих пор?

Лера устала гадать, тем более, мужчина перестал довольствоваться поцелуями, и стал гладить её голое тело горячими ладонями. Его дыхание было спокойным, явную агрессию он не проявлял, но и шансов вырваться тоже не давал, скорее наоборот — его напор ослаб лишь тогда, когда он понял, что сопротивления как такового не последует.

Девушка тоже осторожничала — не вырывалась и не уворачивалась, но и не принимала активного участия. Её кожа покрылась мурашками под огромной загорелой ладонью.

Влад смотрел на неё сверху вниз, в его взгляде горел огонь, но злость он будто обуздал, что давало ей надежду, что он не будет мстить, по крайней мере, не физически.

Лера чувствовала, что щёки горели, во рту пересохло, а дыхание было прерывистым, но мужчину это явно не трогало. Кровь схлынула в самом начале, но потом стала пульсировать на горячих щеках.

Он продолжал довольно бесстрастно изучать её тело, ведя костяшками пальцев от шеи вниз по груди, затем ниже вдоль рёбер, по линии талии и бедра. Небольшая остановка на пути заставила её судорожно затаить дыхание, но он после заминки продолжил.

Он впервые сейчас был так близко, не считая дня, когда её привезли в этот дом. То ощущение неотвратимости и паники вернулось, усилившись многократно.

Живот девушки слегка подрагивал под его ладонью, бедра непроизвольно сжались, что вызвало его ухмылку.

Лера открыла было рот, чтобы сделать последнюю попытку словесно повлиять на врага, привести неоспоримые аргументы и воззвать к его... Совести?!?

Серьёзно, Лер? — даже её внутренний голос был полон издёвки и скепсиса.

Но её мнение не интересовало его совсем — он просто заткнул ей рот поцелуем, теперь уже навалившись сверху и зафиксировав голову, взявшись за затылок.

Передышке пришёл конец...

Паника и шок накатили по новой, но Лера заставила себя успокоиться.

Дышать. Дышать. Дышать! К сожалению, на это ушли все её оставшиеся силы — ни мыслей, ни способов, ни возможностей к сопротивлению уже не осталось.

Видимо, так ломают волю и человек смиряется со своей участью.

Его масса сковывала, его желание нарастало как снежный ком, руки беспорядочно шарили по её телу, проникая, казалось, везде. Гулко билось сердце, мозг работал на пределе возможностей, организм готовился к неизведанному.

Поцелуи ставились более жадными и жаркими, она уже не успевала отражать движения его рук и губ. Нежные прикосновения и томительные ласки, которые должны были в её мечтах сопровождать первый чувственный опыт, были заменены требовательными и настойчивыми действиями, не знающими табу и запретов.

Она даже не поняла, когда он успел раздеться, лишь отметив со временем, что трение о ткань сменилось на интимный контакт кожи к коже.

Секс стал её неизбежностью, как она ни сопротивлялась.

Взор Леры был затуманен, сознание слегка помутилось, и она довольно отстранённо фиксировала, что тело реагирует как должно, покрывается мурашками и под кожей нарастает жар. Его умелые уверенные ласки зажгли огонь в крови, который со временем трансформировался в пожар в конкретном месте.

Её тело раскинулось на покрывале, руки вяло обвивали мужчину. Его движения становились всё настойчивей, кожу покалывало от лёгкой щетины и смелых ласк, и она провалилась в петлю вне времени.