Книга Кукла для зверя, страница 29 – Ника Долгина

Что она имеет? Её кормят и принесли вещи, значит никто не собирается устранять её физически, иначе зачем тратиться?

Но остальной антураж пугал — хозяин дома не иначе, как полный псих — он купил себе куклу, кормит её, купает и наряжает. Для чего?

Господи, он тронулся умом?

Да и для неё реальность тоже стала искажаться — полное одиночество и отсутствие каких-либо занятий кроме просмотра стен и пейзажа за окном начали накладывать свой отпечаток — она уже путала дни, не понимала какая сегодня дата, лишь отмечая, что один бесполезный и тревожный день сменялся следующим.

Дни её неволи складывались в недели, капая в копилку бесполезного времяпрепровождения.

Любопытство, как известно, сгубило кошку.

Её любопытство, скореё всего, погубит её, но даже эта вполне здравая мысль девушку не остановила.

В доме что-то явно происходило!

Она несколько раз хваталась за ручку двери, и даже отворила её и высунула наружу любопытный нос, но потом быстро ретировалась, так и не решившись выйти.

Псина, привыкшая за последнее время к ней и её присутствию, никак не отреагировала на эти метания — лишь лениво приподняла голову, да посмотрела на неё своими умными глазами цвета янтаря.

Не даром, девушка много дней, преодолевая свой страх, пыталась наладить коммуникацию со зверем.

Тот по-прежнему не повиновался ей, признавая лишь неизвестные и непривычные её уху команды на непонятном языке, но итогом её усилий стало главное — собака воспринимала её как мебель, частично признав за свою — не проявляла агрессии, не ощущала как угрозу, от которой нужно было охранять дом или хозяина, а лишь всегда присутствовала в обозримом пространстве, обращая на неё не больше внимания, чем на кресло в углу.

Лера признавала, что пёс был очень умный и его выучка была безупречной — он чуял хозяина за сотню метров, беспрекословно исполнял его команды, не признавал чужих, но и не проявлял необоснованную агрессию — в чем ей самой пришлось убедиться на своём опыте в первую ночь пребывания в этом доме.

Сейчас она сидела в своей комнате как на иголках, чувствуя, что внизу что-то происходит, и не имея возможности утолить свой интерес. Девушка сама для себя решила, что обязательно выберется из этой передряги, чего бы ей это ни стоило.

Она окажется на свободе, а вот хозяин дома, да и все те, кто устроил ей этот ад — сядут, всерьёз и надолго, потому что нельзя безнаказанно похищать людей и делать их своими игрушками.

Сейчас времена не те.

Сложив в своей голове вполне себе стройный план, Лера стала мысленно фиксировать все события, мысленно пополняя уголовное дело этих отморозков. Чем больше доказательств ей удастся собрать, тем больше вероятность, что вся эта банда не избежит заслуженного сурового наказания.

Сейчас она никак не могла найти себе места — в голове боролись две взаимоисключающие мысли — одна гнала её вперёд, побуждала выяснить, что же там происходит, другая, более осторожная сторона её натуры, настоятельно советовала сидеть и не высовываться.

Но Лера не была бы собой, если бы вняла голосу разума.

Сделав пару успокаивающих вдохов и выдохов, девушка вытерла вспотевшие ладошки о джинсы и осторожно выскользнула за дверь.

Дом всегда был освещён, и днём, и ночью, а её шаги в тонюсеньких носочках подследниках были абсолютно невесомы и беззвучны — она на цыпочках кралась вдоль стены, слыша лишь своё снова и так не кстати участившиеся дыхание.