Книга Тень на странице, страница 138 – Ирина Фуллер

Вальмон подкрался ближе — теперь их разделял лишь диван — сделал резкий выпад вправо, и Констанция дернулась в противоположную сторону. Виконт рассмеялся и подался влево. Его забавляла эта игра. Исход был предрешен: победит охотник, но сама погоня приносила ему не меньше удовольствия, чем долгожданная награда. Его возбуждение передавалось и ей: она уже хотела быть пойманной. Где-то на краю сознания продолжал звучать голос, убеждающий, что ей надо было продержаться еще хотя бы несколько минут.

— Подождите, мне нужно попудрить носик! — воскликнула она.

Это было последнее слово ее разума. Констанция рванула к выходу из комнаты, Вальмон побежал за ней. Чудом ей удалось спрятаться в ванной, закрывшись на замок. По ту сторону снова послышался низкий смех.

Констанция умыла лицо, стараясь не размазать тушь, посмотрела на свое отражение.

— Соберись, соберись, — велела она себе.

Итак, персонаж мог сбежать, пока она пряталась тут, а значит, надо было разговаривать с ним. Заставить ждать ее появления. Но как при этом не реагировать на мощную сексуальную привлекательность?

— Виконт? — позвала она. — Расскажите, чем я так заинтересовала вас?

И услышав, как он начал воспевать ее красоту и прочие достоинства, заткнула уши. К счастью, персонаж был словоохотлив. Он говорил и говорил, она время от времени отнимала ладони от ушей, чтобы убедиться: он оставался под дверью.

Пару раз, когда, прислушавшись, она понимала, что виконт молчит, Констанция задавала новый вопрос. Он снова заводил речь, полную пылких слов и романтичных оборотов.

Однако ему все же надоело петь песни, он решил перейти к делу.

— Выходите, Констанция, или я снесу эту дверь с петель: хотя она и была моей собеседницей столь долго, я ни секунды не буду сомневаться!

— Выхожу, выхожу, виконт. Просто… отдайте должное моей скромности.

— О, ваша скромность — главная из ваших добродетелей! — воскликнул он.

А затем она услышала, как он привалился к двери.

Тянуть было нельзя — выломанная дверь наделает много шума. А если проснется хозяйка, работать станет сложнее.

Щелкнул замок.

— Только… встаньте у пианино, — потребовала она.

Он хмыкнул, но заверил ее, что так и сделает. Послышались шаги.

Выдохнув, как перед прыжком в воду, она открыла дверь, сделала шаг в коридор и тут же была поймана.

— Обманщик! — выдохнула она, плавясь в сильных объятиях.

— Так меня действительно порой называют, но я предпочитаю другие имена. Я расскажу тебе, какие…

И он зашептал ей на ухо всякие непристойности, от которых ее кожа покрылась румянцем, а сердце забилось в горле. Все тело предвкушало освобождение от этого напряжения и сладкое, яркое удовольствие.

— Пройдем в комнату? — выдохнула она.

Вальмон готов был послушаться, но чтобы жертва точно не убежала, он подхватил ее под бедра, вынуждая обхватить торс ногами, и понес в комнату с пианино.

Сознание слабо шептало Констанции, что подмога наверняка была уже рядом, но желание затуманило разум, теперь для нее существовал только виконт.

Вместо того, чтобы положить ее на диван или посадить на фортепьяно, Вальмон прижал Констанцию своим телом к стене. От этого ощущения кровь превратилась в лаву, в огонь, распространяющийся по телу, обжигающий почти до слез.

Целуя шею и плечи, виконт стал стягивать с нее кофту. Отбросил в сторону, вслед за чем подцепил тонкие лямки платья, провел горячими ладонями по ее рукам и спустил платье до талии. Она сама высвободилась из лямок и притянула его голову к себе, заставляя и дальше целовать ключицу и грудь.